Тёмные времена. Наследники Александра Невского

Великий князь Ярослав Ярославович не спешил давать войско сыну. Во-первых, Святослав был ещё достаточно молод и горяч, а Ярослав понимал, что развязывать на Руси войну сейчас не время. К тому же войну междоусобную. Правда, и простить псковичам подобное в его планы не входило. Был и ещё один весьма существенный момент. Псков считался пригородом Новгорода, а начало военных действий против него означало войну с самим Господином Великим Новгородом.

В то же самое время Новгородом официально правил Ярослав, и получалось, что если он выступит против Пскова, то выступит как бы против себя самого.

– Уймись, Святослав! Неужели ты не понимаешь, что вести воинов на Псков, минуя Новгород, нельзя? – ответил сыну великий князь. – Я буду думать, а после скажу тебе своё решение. Ты пока поедешь в Тверь моим наместником.

Ярослав не хотел оставлять сына во Владимире из-за его отношений с княгиней Ксенией, которая сейчас ждала ребёнка. Святослав хоть прилюдно свою вражду с мачехой, которая была его на год младше, не показывал, но доводить дело до ссоры великий князь не хотел.

Обсуждать новгород-псковские дела было лучше всего именно с Ксенией, ведь она как никто другой понимала, что и от чего там зависит.

Великий князь встретился с княгиней вечером и начал разговор до того, как они легли в постель.

– Ксения, что ты думаешь по поводу Пскова? Если я поведу воинов туда, как на это отреагируют в Новгороде?

– Ярослав, пойми меня правильно, но из Пскова твоего сына изгнали не по воле новгородцев. Если Новгород поддержит тебя, то тем самым как бы признает, что Псков – город независимый, а не пригород Новгорода.

– Думаешь, Новгород с Псковом в борьбу не вступит? Думаешь, нас не поддержит?

– Думаю, что нет, Ярослав. Если Новгород нас поддержит, то Псков обратится к Литве. Как думаешь, Войшелк примет обратно в семью Довмонта, если тот ещё и Псков приведёт ему? Каково, думаешь, будет твоё положение, если Псков от Новгорода отделится?

– То есть ты, Ксения, считаешь, что обиду стоит проглотить?

– Нет, Ярослав. Тех, кто прощает обиды, не любят ни народ, ни бояре. Тебе все равно придётся прийти в Псков и добиться, чтобы Довмонт тебя признал великим князем.

– А скажи, Ксения, есть ли у отца твоего и дяди свои люди в Пскове?

– Все бояре псковские, в случае чего, могут стать нашими людьми. Только что это даст, Ярослав?

– А думаешь, они Довмонта не выгонят по просьбе нашей?

– Может, и выгонят. Только вряд ли сына твоего обратно примут, боясь, что тот расправу над ними творить вздумает.

Прошло несколько дней, и во Владимир пришли следующие новости из Пскова. Оказывается, князь Псковский Довмонт с малыми силами смог разграбить Нальшанск, разбил в День святого Леонтия дружину князя Гредня и, как истинный христианин, отпустил из плена жену Гредня и свою тётку Епраксинью, даже дани за её освобождение не попросив.

Скоморохи на улицах Владимира прославляли удачливого князя. Ярослав, возвращаясь с богослужения вместе со всей семьёй, слышал, как скоморохи поведывали о том, как удатый князь с сотней воинов чуть ли не пять тысяч разбил, невредимым ушёл и прочее.

Но новости пришли не только из Пскова, но и из Литвы. Оказывается, ещё весной Войшелк отрёкся от трона и вернулся в монастырь. Великим князем литовским стал Шварн Данилович, соправитель короля Галицкого Льва Даниловича, который приходился ему братом.

Шварн был женат на дочери короля Миндовга и сестре Довмонта, но в то же самое время и Шварн, и Лев, и Василько Романович, князь Волынский, и дядя братьев были из рода Рюриковичей. После прихода монголов связи между Северо-Восточной Русью и Галицко-Волынским Королевством ослабли, но не исчезли.

Ярослав надеялся на то, что Шварн не выступит против него и на Псков претензий предъявлять не станет.

Великий князь владимирский Ярослав Ярославович приказал собрать рать и выступил с ней к Новгороду. Теперь судьба Пскова была в руках новгородцев.

Договор с Новгородом

Известие о столь удачном походе Довмонта на Нальшанск стремительно разносилось по землям Руси. Велика была и добыча, которую принёс этот поход. Казна Гредня хоть и не была огромной, но в совокупности с доспехами дружинников его и их оружием, а также имуществом жителей Нальшанска составляла почти трёхлетний доход от города Пскова.

Теперь к удатому князю спешили на службу витязи из всех концов земли Русской, надеясь в следующем походе снискать и славу, и добычу богатую.

Довмонт людей к себе в дружину отбирал весьма придирчиво, выбирая только лучших мечников и умелых всадников.

Боярин Пересвет сильно вырос в глазах других псковских бояр, кроме того, вырос он и в финансовом плане. Большую часть добычи князь продал именно ему, и теперь Пересвет с немалой для себя прибылью перепродавал её.

– Князь, – обратился боярин Пересвет к Довмонту, когда тот пришёл к нему в палаты, – нам надо с Новгородом союз заключать. Если этот союз удастся, то быть тебе князем, если нет, то прогонит тебя великий князь Ярослав Ярославович.

– Ты думаешь, новгородцы союз со мной заключат и помощи Ярославу супротив Пскова не окажут?