Тёмные времена. Наследники Александра Невского

– Мне пришли вести, что на Псков движется огромное воинство ливонцев под предводительством ландмейстера Тевтонского ордена в Ливонии Отто фон Роденштейна. С ним мы уже успели познакомиться под Раковором, и теперь он сам к нам в гости идёт. С ним множество стенобитных орудий.

Бояре замолчали. Конечно, каждый из них понимал, что данные слова князя сулят им лишь новые расходы, связанные с содержанием воинства. Но опасность, которую представляли собой ливонцы, была очевидна для всех.

– Сколько у нас времени? Как быстро движется ландмейстер Отто? – спросил один из бояр.

– Не очень быстро, – ответил князь Довмонт, – думаю, к первому снегу будет уже здесь. Под Псковом.

– Первый снег выпадает в разное время, князь. В таких делах точность нужна.

– Самое позднее к октябрю ландмейстер будет под Псковом, – ответил Довмонт.

– Сейчас уже конец августа, а это значит, что времени у нас совсем нет. Надо в Новгород за помощью гонца слать, – степенно сказал боярин Пересвет Васильевич. – Может, успеем рать собрать, и до осады дело не дойдёт.

– Бояре! Мне нужен тот, кто за Отечество жизнь свою сложить не боится.

Все бояре переглянулись, и в тереме повисла мёртвая тишина. Теперь никто не спешил занять почётное место. Наконец боярин Никодим вышел вперёд.

– Я, князь, готов жизнью своей рискнуть. Род мой здесь со времён Ярослава Великого, хоть и не очень богат, но славен. Издревле мы за Псков стояли насмерть. И сегодня не испужаюсь. Только уговор – со мной пойдёт боярин Пересвет Васильевич. Он человек во всех своих делах славный и, думаю, Пскову пользу принесёт.

Пересвет Васильевич сплюнул, но позориться не стал.

– Ну что ж, князь. Видно, судьба такая. Что надо от нас?

– Возьмёте, бояре, тысячу воинов и поскачете в Изборск. Там встречу ливонцам подготовите. Стойте насмерть и дайте нам как можно больше времени, чтобы мы ратников собрать сумели и обучить их. К тому же нам надо город к осаде подготовить.

– Князь, – спросил ещё один боярин, – а не лучше ли нам с войском навстречу ливонцам двинуться? Может, и до осады дело не дойдёт. Осада сильно торговым делам вредит. Разорения много от неё будет.

– Я тебе, боярин, вот что скажу, – ответил ему князь Довмонт, – разорения много, да город цел. А если разобьют нас под Псковом, то и город не сохраним. А ещё я скажу вам, именитые люди Пскова. Мы уже бились с железным полком ливонцев под Раковором. Если ещё раз с ними в бою столкнёмся, то не выдюжим. Собирайте припасы в город. Готовим его к осаде. Все колодцы должны быть прочищены. Не пренебрегайте ни одной мелочью.

Все бояре направились к выходу, только Пересвет Васильевич и Никодим Андреевич остались в палатах князя Довмонта.

Князь Довмонт подошёл и обнял каждого из них.

– Спасибо тебе, Никодим, что согласился на смерть пойти. Тебя псковская земля никогда не забудет. Твоё место не вдали, а прямо возле князя. Бейся мужественно и дай нам время, чтобы смогли мы к битве подготовиться.

Затем князь Довмонт повернулся к Пересвету Васильевичу. Странным был Пересвет. Умный муж. И без пререканий за Отечество на смерть пошёл. Не стал отнекиваться, и даже спорить не начал. А ведь нажил богатства он немалые. И в Пскове, и в Новгороде, и в других городах земель новгородских у него и дела торговые, и промыслы различные.

– Ну, Пересвет Васильевич, давай прощаться. В то, что вернёшься ты назад в Псков, я не верю, а что с позором отступить можешь, и вовсе нереально. Но хитрость тоже свою не забывай. Постарайся переговоры начать. Может, день выиграем. Людей в Изборске под щит поставь. Пусть не сильная, но помощь. Прощай, Пересвет. Рад был иметь дружбу с тобой, боярин.

– Знаешь, князь, я долго думал, правильно ли поступил, приняв тебя в тереме своём. Но вижу, что прав я был. С чистой душой иду я на смерть за Отечество. Не уступи Пскова ливонцам и семью мою, если будут притеснять, защити. А по поводу хитрости ты, князь, не волнуйся. Сколько смогу, время тянуть буду.

Евдокия Александровна и Андрей Городецкий

Наступала осень, и вновь дороги раскисли. Княжна Евдокия Александровна вместе с супругом своим Константином Ростиславовичем следовала в Городец к своему брату Андрею. Официально ехала она туда потому, что ей необходимо было согласовать с ним некоторые вопросы, касающиеся её приданого. Андрей Городецкий должен был выделить ей несколько посёлков в своей земле или дать деньгами их цену. Таково было распоряжение по этому поводу покойного отца их, великого князя Александра Невского.

Андрей встречал свою сестру с почётом. Её супруга он обнял словно брата, и вместе с ними поехал в город. Городец при Андрее расцветал. Город разросся и окреп. Подлатаны и восстановлены были крепостные стены. На улицах было многолюдно. Народ радостными криками встречал своего князя.

– При тебе удел твой просто расцвёл, брат, – сказала Евдокия, – я думала, что Городец – это забытый Богом городок на окраине Руси, а ты из него хочешь жемчужину сделать.

Не могло от Евдокии укрыться, что и дружинники у Андрея вооружены превосходно, куда лучше, чем у Дмитрия.