Том 2. Посмертные записки Пиквикского клуба (главы I-XXX)

— Кухарка! — сказала с большим достоинством леди-настоятельница. — Молчите! Я требую, чтобы вы сейчас же вышли в сад!

Кухарка расплакалась, а горничная сказала: «Стыдно!» — за каковое соучастие получила тут же предупреждение об увольнении через месяц.

— Вы слышите, кухарка? — сказала леди-настоятельница, нетерпеливо топая ногой.

— Вы слышите, кухарка, что говорит ваша хозяйка? — сказали три воспитательницы.

— Какая наглая особа эта кухарка! — сказали тридцать воспитанниц.

Злополучная кухарка, столь энергически понукаемая, сделала два шага вперед и, держа свечу так, что перед собой ровно ничего не могла видеть, заявила, будто там никого нет и, по всей вероятности, это ветер. Собрались было уже закрыть дверь, как вдруг одна любопытная воспитанница, заглянув в щель между дверными петлями, разразилась ужасными воплями, которые заставили мгновенно отступить кухарку и горничную, а вслед за ними и всех наиболее храбрых воспитанниц.

— Что случилось с мисс Смитерс? — спросила леди-настоятельница, когда вышеназванная мисс Смитерс впала в истерику в четыре девических силы.

— Ах, боже, милая мисс Смитерс! — воскликнули остальные двадцать девять воспитанниц.

— О, мужчина… мужчина… за дверью! — возопила мисс Смитерс.

Едва леди-настоятельница услышала этот устрашающий вопль, она ретировалась в свою спальню, заперла дверь, дважды повернув ключ, и комфортабельно упала в обморок. Воспитанницы, воспитательницы и служанки стремглав бросились вверх по лестнице, налетая друг на друга; никогда еще не бывало таких воплей, обмороков и такого смятения. В разгар суматохи мистер Пиквик вынырнул из своего убежища и предстал перед ними.

— Леди… дорогие леди! — промолвил мистер Пиквик.

— О, он называет нас дорогими! — воскликнула самая старая и безобразная воспитательница. — О, негодяй!

— Леди! — закричал мистер Пиквик, доведенный до отчаяния опасностью своего положения. — Выслушайте меня. Я не грабитель. Мне нужна хозяйка дома.

— О, какое свирепое чудовище! — взвизгнула другая воспитательница. — Ему нужна мисс Томкинс!

Поднялся общий визг.

— Ударьте в сигнальный колокол! — крикнуло несколько голосов.

— Не надо, не надо! — вскричал мистер Пиквик. — Посмотрите на меня. Разве я похож на грабителя? Дорогие мои леди, вы можете связать меня по рукам и по ногам или запереть в чулан, если вам угодно. Только выслушайте, что я вам скажу… только выслушайте меня.

— Как вы попали в наш сад? — растерянно пролепетала горничная.

— Попросите сюда начальницу, и я расскажу ей все… все, — сказал мистер Пиквик, напрягая легкие до крайнего предела. — Попросите ее… успокойтесь только и попросите ее, и вы узнаете все.

Внешность мистера Пиквика или манеры, а может быть, соблазн — столь непреодолимый для женской натуры — услышать нечто, в данный момент окутанное тайной, привели наиболее разумных обитательниц дома (каких-нибудь четыре особы) в состояние сравнительного спокойствия. Для испытания правдивости мистера Пиквика они предложили, чтобы он немедленно согласился подвергнуться лишению свободы, — если он согласен вести беседу с мисс Томкинс изнутри чулана, где приходящие воспитанницы вешают шляпы и сумочки с завтраком, то должен войти туда добровольно, что он и сделал, после чего его тщательно там заперли.

Это оживило всех. И когда мисс Томкинс пришла в себя и сошла вниз, совещание началось.

— Мужчина! Что вы делали у меня в саду? — слабым голосом спросила мисс Томкинс.

— Я пришел предупредить вас, что одна из ваших молодых леди собиралась сбежать сегодня ночью, — ответил мистер Пиквик из чулана.

— Сбежать! — воскликнули мисс Томкинс, три воспитательницы, тридцать воспитанниц и пять служанок. — С кем?

— С вашим другом, мистером Чарльзом Фиц-Маршаллом.

— С моим другом? — Я не знаю такого человека.

— В таком случае с мистером Джинглем.

— Никогда в жизни не слыхала этой фамилии.

— Значит, меня обманули и одурачили! — воскликнул мистер Пиквик. — Я стал жертвой заговора… гнусного и низкого заговора. Пошлите в «Ангел», сударыня, если вы мне не верите. Пошлите в «Ангел» за слугою мистера Пиквика, умоляю вас, сударыня.

— Вероятно, он человек порядочный. Вы слышите — он держит слугу, — сказала мисс Томкинс учительнице чистописания и арифметики.

— По моему мнению, мисс Томкинс, — сказала учительница чистописания и арифметики, — слуга держит его. Я думаю, что он сумасшедший, мисс Томкинс, а тот при нем сторожем.

— Мне кажется, вы совершенно правы, мисс Гуин, — ответствовала мисс Томкинс. — Пошлите двух служанок в «Ангел», а другие останутся здесь охранять нас.

Таким образом, две служанки были посланы в «Ангел» на поиски мистера Сэмюела Уэллера, а три остались охранять мисс Томкинс, трех воспитательниц и тридцать воспитанниц. А мистер Пиквик уселся в чулане, под сенью сумочек, и ждал возвращения посланных, вооружившись всем благоразумием и мужеством, какие только мог призвать на помощь.