Том 2. Посмертные записки Пиквикского клуба (главы I-XXX)

— Больше ничего. Добавьте только, что я страстно жду того мгновения, когда назову ее своей и когда исчезнет необходимость притворяться.

— Конечно, конечно. Еще что?

— О друг мой! — воскликнул бедный мистер Тапмен, снова пожимая руку приятелю. — Примите искреннейшую мою благодарность за вашу бескорыстную доброту и простите меня, если я когда-нибудь хотя бы мысленно оскорбил вас подозрением, будто вы можете стать мне поперек дороги. Дорогой мой друг, удастся ли мне когда-нибудь вас отблагодарить?

— Не стоит об этом говорить, — отозвался мистер Джингль. Но вдруг запнулся, словно о чем-то вспомнил, и добавил: — Кстати — — не можете ли одолжить мне десять фунтов, а? — — исключительный случай, верну через три дня.

— Думаю, что могу, — с готовностью ответил мистер Тапмен. — На три дня, говорите вы?

— Только на три дня — — тогда все уладится — — никаких затруднений.

Мистер Тапмен отсчитал приятелю деньги, а тот опустил их монета за монетою в карман, после чего оба направились к дому.

— Будьте осторожны, — сказал мистер Джингль. — Ни единого взгляда.

— Ни единого знака, — сказал мистер Тапмен.

— Ни слова.

— Ни звука.

— Все ваше внимание племяннице — — с теткой скорее грубоваты — — единственный способ обмануть стариков.

— Постараюсь, — вслух сказал мистер Тапмен.

«Я тоже постараюсь», — мысленно сказал мистер Джингль, и оба вошли в дом.

Сцена, разыгранная за обедом, повторилась и вечером, а также в течение следующих трех дней и вечеров. На четвертый день хозяин был в прекрасном расположении духа, ибо убедился в том, что обвинение против мистера Тапмена ни на чем не основано. Доволен был мистер Тапмен, ибо мистер Джингль сообщил ему, что решительный момент приближается. Доволен был мистер Пиквик, ибо он редко бывал чем-нибудь недоволен. Недоволен был мистер Снодграсс, ибо он начал ревновать к мистеру Тапмену. Довольна была старая леди, ибо она выигрывала в вист. Довольны были мистер Джингль и мисс Уордль — в силу оснований, достаточно важных в столь чреватой событиями истории, чтобы о них рассказать в особой главе.

ГЛАВА IX

Открытие и погоня

Ужин был подан, стулья придвинуты к столу, бутылки, кувшины и стаканы расставлены на буфете, и все предвещало приближение самого веселого часа в течение всего дня.

— Где же Рейчел? — спросил мистер Уордль.

— И Джингль? — добавил мистер Пиквик.

— Верно! — воскликнул хозяин. — Странно, что я до сих пор не заметил его отсутствия. Право, я вот уже по крайней мере два часа как не слышу его голоса. Эмили, милая, позвони.

На звонок явился жирный парень.

— Где мисс Рейчел?

На это он не мог ответить.

— Ну, а где мистер Джингль?

Этого он не знал.

Все с недоумением посмотрели друг на друга. Было поздно — двенадцатый час. Мистер Тапмен посмеивался в рукав. Они где-нибудь, задержались, беседуя о нем! Ха! Чудесная выдумка — забавно!

— Не беда, — помолчав, сказал мистер Уордль, — конечно, они сейчас придут. Я никогда и ни для кого не откладываю ужина.

— Прекрасное правило, — заметил мистер Пиквик, — превосходное.

— Пожалуйста, садитесь, — сказал хозяин.

— Благодарю вас, — ответил мистер Пиквик; и они уселись.

На столе красовался гигантский кусок холодного ростбифа, и мистер Пиквик получил солидную порцию. Он поднес вилку к губам и только раскрыл рот, чтобы отправить туда кусок мяса, как из кухни долетел многоголосый гул. Мистер Пиквик замер и положил вилку. Мистер Уордль тоже замер и машинально разжал руку, сжимавшую нож, который так и остался вонзенным в ростбиф. Он посмотрел на мистера Пиквика. Мистер Пиквик посмотрел на него.

В коридоре послышались тяжелые шаги; дверь распахнулась, и в комнату ворвался слуга, который в день прибытия мистера Пиквика чистил ему сапоги, а вслед за ним ввалились жирный парень и остальные слуги.

— Черт побери, что это значит? — воскликнул хозяин.

— Эмма, уж не показался ли огонь в кухонном дымоходе? — осведомилась старая леди.

— Ах, нет, бабушка! — крикнули обе юные леди.

— Что случилось? — заревел хозяин дома.

Слуга перевел дух и робко проговорил:

— Они уехали, хозяин… так-таки и уехали, сэр.

(Было замечено, что в этот момент мистер Тапмен положил нож и вилку и очень побледнел.)

— Кто уехал? — сердито спросил мистер Уордль.

— Мистер Джингль и мисс Рейчел, в дорожной карете из «Синего Льва» в Магльтоне. Я был там, но не мог их задержать. Вот я и прибежал рассказать вам.

— Я дал ему денег на дорогу! — закричал мистер Тапмен, вскакивая, как сумасшедший. — Он у меня выманил десять фунтов!.. Задержите его!.. Он меня одурачил! Я этого не допущу! Я с ним расплачусь, Пиквик! Я этого не потерплю!

Испуская такого рода бессвязные восклицания, злополучный джентльмен в припадке бешенства кружился по комнате.

— Да сохранит нас бог! — воскликнул мистер Пиквик, с ужасом и изумлением наблюдая необычайные движения своего друга. — Он помешался! Что нам делать?