Читаем Том 3 полностью

Том 3

В третий том Собрания сочинений Николая Погодина включены пьесы, написанные драматургом в послевоенные годы: «Сотворение мира», «Сонет Петрарки», «Цветы живые», «Маленькая студентка», «Голубая рапсодия» и «Альберт Эйнштейн».

Николай Федорович Погодин

Советская классическая проза18+

Николай Погодин

Собрание сочинений в четырех томах

Том 3

Сотворение мира

Пьеса в четырех действиях, шести картинах

Действующие лица

Глаголин Георгий Львович

Надежда Алексеевна — его жена

Коля — их сын

Старуха — мать Глаголина


ЛЮДИ ВОЙНЫ, ДРУЗЬЯ ГЛАГОЛИНА

Колоколов Андрей Сергеевич

Симочка

Гололоб Микола

Маруся — его жена


В ГОСПИТАЛЕ

Бобров — майор

Танкист

Капитан


НАЧАЛЬНИКИ ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫХ СТАНЦИЙ

Гурий

Филя


ОБИТАТЕЛИ ТЕПЛУШКИ

Софа — жительница Одессы

Моряк

Военный комендант вокзала


ЖИТЕЛИ ГОРОДА ВРЕМЕН НЕМЕЦКОЙ ОККУПАЦИИ

Жителев

Нона


Комендант города Бумагин


ВЕРНУВШЕЕСЯ НАСЕЛЕНИЕ ГОРОДКА

Женщина в пуховом берете

Жестянщик

Гражданин

Наборщик

Помощник наборщика

Семеновна

Кузька — ее сын

Мужалов — сапожник


Милиционер

Майор-танкист


Лейтенанты в госпитале, городской патруль, группа горожан — посетители горсовета, участники воскресника

Действие первое

Картина первая

Лунный вечер крепкого сибирского лета. Под бледно-зелеными лиственницами и суровыми елями в саду расположились выздоравливающие офицеры. На них госпитальная одежда. Без дела на скамейке стоит граммофон.

Бобров — молодой человек, майор, с прекрасным мечтательным лицом — наигрывает что-то на мандолине, меняя мотивы.

Капитан с забинтованной головой, сомкнувши руки на одном колене, думающе смотрит перед собой.

Два лейтенанта сидят рядом с Бобровым, пытаясь подпевать. И странный человек с черной кожей лица и черепа (его зовут

танкистом) время от времени оглядывается по сторонам, точно чего-то ждет, потом кусает ветку елки и сплевывает.


Бобров(находит нужную мелодию и начинает петь).

«Выхожу один я на дорогу;Сквозь туман кремнистый путь блестит».

Все постепенно вступают.


Все(поют).

«Ночь тиха. Пустыня внемлет богу,И звезда с звездою говорит».

В сад медленно входит высокорослый, широкоплечий полковник инженерных войск Глаголин Георгий Львович. Он тихо останавливается в стороне и как-то трепетно, с волнением слушает поющих.

«В небесах торжественно и чудно!Спит земля в сиянье голубом…Что же мне так больно и так трудно?»

Танкист не поет, по временам он хмуро, исподлобья поглядывает на своих соседей.


Бобров(поет один)

.

«Жду ль чего? Жалею ли о чем?Уж не жду от жизни ничего я,И не жаль мне прошлого ничуть;

Глаголин сделал жест рукой, точно хотел остановить песню, но его не видят.

Я ищу свободы и покоя!Я б хотел забыться и уснуть!

(С большой силой сказал.)

Но не тем холодным сном могилы…

(И запел.)

Я б желал навеки так уснуть,Чтоб в груди дремали жизни силы.Чтоб дыша вздымалась тихо грудь»[1].

(Увидел Глаголина). Полковник Глаголин! Вы откуда? Простите, я забыл, вы же сейчас с комиссии? Какой итог?

Глаголин(с усилием, скрывая внутреннюю боль). Лично для меня война и служба — дело конченое. Война идет, мы побеждаем, а я… отвоевался.


Общее движение, недоумение.


Бобров. Но вы же в полной форме, что случилось?

Перейти на страницу:

Все книги серии Н.Ф. Погодин. Собрание сочинений в 4 томах

Похожие книги

Плаха
Плаха

Самый верный путь к творческому бессмертию – это писать sub specie mortis – с точки зрения смерти, или, что в данном случае одно и то же, с точки зрения вечности. Именно с этой позиции пишет свою прозу Чингиз Айтматов, классик русской и киргизской литературы, лауреат самых престижных премий, хотя последнее обстоятельство в глазах читателя современного, сформировавшегося уже на руинах некогда великой империи, не является столь уж важным. Но несомненно важным оказалось другое: айтматовские притчи, в которых миф переплетен с реальностью, а национальные, исторические и культурные пласты перемешаны, – приобрели сегодня новое трагическое звучание, стали еще более пронзительными. Потому что пропасть, о которой предупреждал Айтматов несколько десятилетий назад, – теперь у нас под ногами. В том числе и об этом – роман Ч. Айтматова «Плаха» (1986).«Ослепительная волчица Акбара и ее волк Ташчайнар, редкостной чистоты души Бостон, достойный воспоминаний о героях древнегреческих трагедии, и его антипод Базарбай, мятущийся Авдий, принявший крестные муки, и жертвенный младенец Кенджеш, охотники за наркотическим травяным зельем и благословенные певцы… – все предстали взору писателя и нашему взору в атмосфере высоких температур подлинного чувства».А. Золотов

Чингиз Айтматов , Чингиз Торекулович Айтматов

Проза / Советская классическая проза
Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24
Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Настоящий том содержит в себе произведения разных авторов посвящённые работе органов госбезопасности, разведки и милиции СССР в разное время исторической действительности.Содержание:1. Тихон Антонович Пантюшенко: Тайны древних руин 2. Аркадий Алексеевич Первенцев: Секретный фронт 3. Анатолий Полянский: Загадка «Приюта охотников»4. Василий Алексеевич Попов: Чужой след 5. Борис Михайлович Рабичкин: Белая бабочка 6. Михаил Розенфельд: Ущелье Алмасов. Морская тайна 7. Сергей Андреевич Русанов: Особая примета 8. Вадим Николаевич Собко: Скала Дельфин (Перевод: П. Сынгаевский, К. Мличенко)9. Леонид Дмитриевич Стоянов: На крыше мира 10. Виктор Стрелков: «Прыжок на юг» 11. Кемель Токаев: Таинственный след (Перевод: Петр Якушев, Бахытжан Момыш-Улы)12. Георгий Павлович Тушкан: Охотники за ФАУ 13. Юрий Иванович Усыченко: Улица без рассвета 14. Николай Станиславович Устинов: Черное озеро 15. Юрий Усыченко: Когда город спит 16. Юрий Иванович Усыченко: Невидимый фронт 17. Зуфар Максумович Фаткудинов: Тайна стоит жизни 18. Дмитрий Георгиевич Федичкин: Чекистские будни 19. Нисон Александрович Ходза: Три повести 20. Иван К. Цацулин: Атомная крепость 21. Иван Константинович Цацулин: Операция «Тень» 22. Иван Константинович Цацулин: Опасные тропы 23. Владимир Михайлович Черносвитов: Сейф командира «Флинка» 24. Илья Миронович Шатуновский: Закатившаяся звезда                                                                   

Юрий Иванович Усыченко , Борис Михайлович Рабичкин , Дмитрий Георгиевич Федичкин , Сергей Андреевич Русанов , Кемель Токаев

Советский детектив / Приключения / Путешествия и география / Проза / Советская классическая проза