Том 4. Часть 2. Голливуд. Конец немого кино, 1919-1929

Де Милль был своего рода Барнумом в американском кино[89]. Он делал ставку на большие кассовые сборы и работал без видимых усилий в самых разных жанрах. Его карьера отмечена и несколькими финансовыми провалами. Но они не отразились на его феноменальном успехе. Льюис Джекобс, который не всегда прав, отказывая в какой-либо художественности этому неподражаемому «предпринимателю развлечений», дает ему верную характеристику в своей книге: «Его нельзя выбросить из социальной истории кинематографа. Ни один режиссер не передал в своих фильмах такого ощущения эволюции характера различных эпох, и его картины удивительно точно отражают социальные явления, взятые за основу произведения. Он оказал сильнейшее влияние на кинематографическую индустрию, введя новые сценические методы и заставив кинодеятелей осознать всю важность кинопродукции. Он оказал влияние на нацию, уделив внимание вопросам пола, послевоенных нравов и обычаев, а также повлиял на моду, интерьеры, мебель и образ жизни. Никто, кроме него, не смог столь точно воплотить идеалы Голливуда, и именно поэтому он стал одной из самых удивительных личностей в развивающемся американском кино»[90].

Глава LIIIДЭВИД УАРК ГРИФФИТ

Д.-У. Гриффит пришел в фирму «Юнайтед артистс», находясь в апогее своей карьеры. Финансовый крах фильма «Нетерпимость» был полностью компенсирован коммерческим успехом картины «Сердца мира» (1918), Долгое время неведомый Европе, его гений получил при-знание после фильма «Сломанные побеги» (1919) [91]. То была первая работа Гриффита в «Юнайтед артисте». Отовсюду к нему поступали самые соблазнительные предложения. Д’Аннунцио прислал ему написанный специально для него сценарий, в котором великий поэт воссоздавал эпопею Триеста. Китайское правительство предложило ему в 1921 году снять фильм о вреде опиума. У него были замыслы снять «Фауста» (с Лилиан Гиш) или «Иисуса Христа». В его нью-йоркскую студию Мамаронек, куда он бежал от голливудской суеты, со всего мира стекались почитатели. Одна из них, Жермена Дюлак, описала свой визит в Мамаронек («Синэа», 17 июня 1921 года, № 7):

«Надо свернуть с шоссе на дорогу, которая ведет в безлюдное место, где даже не видно прохожих. Вода… Гудзон выглядит безбрежным, громадным озером. Крохотный полуостров. Водная гладь реки окружает сушу. Решетка. Табличка «Частное владение». Деревенский дом, около которого высится строение… с пристройками, В нижней части сада — причал.

— Студия Гриффита? Да, здесь.

Ничего похожего на огромный кинозавод. Вы попали в дом художника, который творит в спокойной атмосфере. Входим. Тишина… Однако люди есть. Они говорят вполголоса, чтобы не спугнуть мысль. Высокие потолки. Громадный камин, отделанный деревом, словно ждет замерзших охотников или рыбаков. <…>

Небольшой темный коридорчик. Просторная студия. Полная тишина… Оператор сидит около своей камеры. Среди декораций, прочных, как стены настоящего жилого помещения, и освещенных дуговыми лампами, которые расставлены в определенном порядке, расхаживает молоденькая женщина. Ее глаза горят страстью. Словно за репетицией наблюдает строгое око мэтра… Но мэтр далеко. «Мисс Кэрол Дэмпстер, — говорят нам. — Идет поиск костюма и грима». Постоянный личный поиск актера. Мы думали, что попадем в съемочный павильон, а оказались в студии художника.

А вот макет — миниатюрная деревенька из фильма «Путь на восток»… Но с каким искусством ветка дерева скрывает подделку, с каким умением расставлена осветительная аппаратура, чтобы ослабить или подчеркнуть рельеф картона. Это не уменьшенная декорация, а тщательно отработанный эффект, который создает нужное впечатление. <…>

«Хотите глянуть на зал, где мистер Гриффит собирает актеров?»

Просторная квадратная комната с широкими окнами. В глубине стол и два кресла. Напротив них ряд стульев. Это храм для размышлений, где Гриффит за несколько дней до перехода в съемочный павильон заражает своей верой будущих исполнителей. Верой, в которой сочетаются сила воли и убежденность и которая берет актерскую душу за живое, формирует и лепит трепещущий образ, чтобы произведение заиграло всеми оттенками чувств.

Воля, умение размышлять, работа над произведением, а не выпуск фильма во что бы то ни стало… Произведение должно созреть… Долгая подготовка, а не поспешная съемка».