Торговый дом Домби и сын, Торговля оптом, в розницу и на экспорт (Главы XXXI-LXII)

- Хотя я уже слышал от нее о происшедших здесь переменах, - продолжал инструментальный мастер, доставая из кармана свои старые очки и по старой привычке надевая их на лоб, - но они так велики и неожиданны, и я испытал такое потрясение при виде дорогого моего мальчика и... - он бросил взгляд на потупленные глаза Флоренс и уж не пытался закончить фразу, - что вряд ли я много сегодня расскажу. Но, дорогой мой Нэд Катль, почему вы мне не писали?

Изумление, отразившееся на лице капитана, не на шутку испугало мистера Тутса, который впился в него глазами и никак не мог от него оторваться.

- Не писал? - повторил капитан. - Не писал, Соль Джилс?

- Ну да! - подтвердил старик. - На Барбадос, на Ямайку или в Демерару? * Ведь я об этом просил.

- Просили, Соль Джилс? - повторил капитан.

- Ну, конечно! - сказал старик. - Разве вы этого не знаете, Нэд? Не может быть, чтобы вы забыли! Просил в каждом письме.

Капитан снял глянцевитую шляпу, повесил ее на свой крючок, провел рукою по голове с затылка до макушки и посмотрел на всех окружающих: поистине он олицетворял собою недоумение и покорность судьбе.

- Вы как будто не понимаете меня, Нэд, - заметил старый Соль.

- Соль Джилс, - сказал капитан, который долго и безмолвно смотрел на него и на всех остальных, - я сделал поворот и лег в дрейф. Быть может, вы скажете хоть несколько слов о своих приключениях? Неужели мне не удастся бросить якорь? Неужели не удастся? - в раздумье сказал капитан, озираясь вокруг.

- Вам известно, Нэд, почему я отсюда уехал, - сказал Соль Джилс. - Вы вскрыли мой пакет, Нэд?

- Да, - сказал капитан. - Разумеется, я вскрыл пакет.

- И прочли то, что было в него вложено? - спросил старик.

- И прочел, - ответил капитан, пристально глядя на него и начиная цитировать на память: - "Мой дорогой Нэд Катль. Покидая родину, чтобы отправиться в Вест-Индию с тщетной надеждой получить сведения о моем милом мальчике..." Вот он сидит! Вот Уольр! - воскликнул капитан, как будто ему доставило облегчение ухватиться за нечто реальное и неоспоримое.

- Так, так, Нэд! Подождите минуточку! - сказал старик. - В первом письме - оно было послано с Барбадоса - я писал, что, хотя вы получите его задолго до истечения годичного срока, я бы хотел, чтобы вы вскрыли пакет, так как в нем объясняется причина моего отъезда. Прекрасно, Нэд. Во втором, третьем и, кажется, четвертом письме - оно было послано с Ямайки - я писал, что нахожусь все в том же состоянии, не могу успокоиться и не могу уехать из тех краев, пока не узнаю, погиб или спасся мой мальчик. В следующем письме мне кажется, оно было послано из Демерары, не так ли?

- Ему кажется, что оно было послано из Демерары, не так ли? - повторил капитан, с безнадежным видом озираясь вокруг.

- ...Я писал, - продолжал старый Соль, - что все еще не имею никаких достоверных сведений. Писал, что в этой части света я повстречался с капитанами и другими лицами, которые знают меня уже много лет, и они помогают мне перебираться с места на место, а я в свою очередь могу иной раз оказывать им маленькие услуги по своей специальности. Я писал, что все меня жалеют и как будто относятся с сочувствием к моим скитаньям и что я начал подумывать о том, не суждено ли мне до конца дней плавать по морям в поисках известий о моем мальчике.

- Начал подумывать о том, не превратится ли он в ученого Летучего Голландца! - сказал капитан с тем же безнадежным видом и с величайшей серьезностью.

- Но когда в один прекрасный день, Нэд, пришло известие - это было на Барбадосе, куда я вернулся, - что мой мальчик находится на борту торгового судна, возвращающегося в Англию из Китая, тогда, Нэд, я сед на первый же корабль, прибыл на родину и сегодня вечером вернулся домой и убедился, что известие оказалось верным, благодарение господу! - набожным тоном произнес старик.

Капитан с благоговением наклонил голову, а затем окинул взглядом всех присутствующих, начиная с мистера Тутса и кончая старым мастером, и торжественно произнес:

- Соль Джилс! Заявление, которое я намерен сейчас сделать, сорвет все паруса со всех ваших мачт и заставит вас накрениться. Ни одно из этих писем не было доставлено Эдуарду Катлю. Ни одно из этих писем, - повторил капитан, желая придать своему заявлению большую торжественность и внушительность, не было доставлено Эдуарду Катлю, английскому моряку, мирно проживающему на родине и преуспевающему с каждым часом.

- А я собственноручно сдавал их на почту! И собственноручно писал адрес: девятый номер на Бриг-Плейс! - воскликнул старый Соль.

Краски сбежали с лица капитана, а затем он весь побагровел.

- Соль Джилс, друг мой, что вы имеете в виду, говоря о девятом номере на Бриг-Плейс? - осведомился капитан.

- Что я имею в виду? Вашу квартиру, Нэд, - ответил старик. - У миссис... как ее там зовут! Скоро я забуду свою собственную фамилию, но я отстаю от века - если вы помните, я всегда отставал, - а сейчас я совсем растерялся. Миссис...