Тот, кто убивает дракона

Не мог бы Бекстрём рассказать, что произошло в понедельник вечером в его собственной квартире?

Неожиданно в зале воцарилась тишина. Журналисты даже зашикали на фотографов, попытавшихся запечатлеть героя.

Бекстрём удивил всех, знавших его. Он был сдержан, немногословен, даже угрюм. В тех немногочисленных случаях, когда на его лице появлялась улыбка, он выглядел как шведский вариант Энди Сиповица, главного героя телесериала «Полиция Нью-Йорка». Это не укрылось от внимания репортеров и тех, кто придумывал заголовки. Хотя имелась альтернатива в лице героя Иствуда «Грязного Гарри» Каллахана.

– Здесь особенно не о чем говорить, – сказал Бекстрём. – Они проникли в мою квартиру и, как только я вошел, напали на меня и попытались убить.

Потом он кивнул и криво улыбнулся.

Публика поняла это как искусственную паузу и ждала продолжения. Бекстрём только пожал плечами еще раз и кивнул с равнодушной миной:

– Да вот, пожалуй, и все.

Его слушатели явно не разделяли такого мнения. Посыпался град вопросов, и понадобилось время, прежде чем пресс-секретарь навел порядок и предоставил слово репортерше самого крупного из всех телеканалов.

– Что ты сделал потом?! – крикнула она и протянула вперед микрофон, хотя Бекстрём находился всего в пяти метрах от нее и имел собственный, прикрепленный к лацкану пиджака.

– А что мне оставалось делать? – сказал Бекстрём. – У одного был пистолет, и он намеревался выстрелить в меня. Другой держал в руке нож и хотел меня зарезать. Я попытался спасти свою жизнь.

– И как ты поступил?! – крикнула репортер государственного телевидения, не собираясь упускать свой шанс.

– Я действовал, как меня учили, – сказал Бекстрём. – Обезоружил того, что с пистолетом, и постарался охладить его пыл. Другой попытался использовать свой нож, и я выстрелил ему в ногу. Ниже колена, – счел необходимым добавить он.

– Хассан Талиб, – пропыхтел репортер «Экспрессен», – одна из наших самых ужасных горилл и известный профессиональный убийца. Он попытался выстрелить в тебя, и, по твоим словам, ты обезоружил и обезвредил его. По данным, полученным нами из Каролинской больницы, у него проломлен череп, он находится в реанимации, все еще между жизнью и смертью.

– Сначала я отобрал у него пистолет, поскольку он собирался выстрелить в меня, потом бросил его приемом дзюдо, которому научился в детстве. К сожалению, он случайно ударился головой о мой столик, о чем я искренне сожалею.

– Ты обезоружил и бросил его…

– Отчасти он виноват сам, – перебил журналиста Бекстрём. – Что мне оставалось делать? Поцеловать и обнять его?

Никто в зале явно так не считал, всеобщий восторг и минута славы для Бекстрёма, которая наверняка могла продолжаться полночи, если бы через десять минут он неожиданно не положил ей конец.

– Вы должны меня извинить, – сказал Бекстрём и поднялся. – Остались кое-какие дела. Помимо всего прочего, мне надо разбираться с двойным убийством.

– Еще один вопрос, – взмолилась репортерша с третьего канала, а поскольку она была более известна своими белыми волосами и большой грудью, чем успехами на ниве журналистики, Бекстрём одарил ее улыбкой и великодушно кивнул. – Почему, как ты думаешь, они попытались убить именно тебя?

– Они, пожалуй, больше боятся меня, чем кое-кого из моих коллег, – ответил Бекстрём и пожал плечами. Потом он просто снял с себя микрофон и ушел. Проходя мимо коллеги Тойвонена по пути к выходу, сделал все таким образом, что все обратили на это внимание.

«То, что хорошо для Бекстрёма, хорошо для полиции, и тогда это хорошо для меня, – подумала шеф полиции лена и выключила телевизор. – Во всяком случае, пока».

76

Неожиданно молчаливый герой, который, в отличие от Энди Сиповица и Гарри Каллахана, был реальным. Из-за несловоохотливости Бекстрёма рассказывать о нем пришлось другим. Газета «Афтонбладет» поместила интервью с его инструктором по стрельбе, получившееся почти поэтическим.

– Лучший из учеников, какой когда-либо у меня был… один из лучших стрелков в полиции… во все времена… настоящий феномен… особенно в экстремальной ситуации… хладнокровен как лед.

Большинство из его коллег тоже высказались, и многие предпочли сделать это анонимно, поскольку Бекстрём в глазах полицейского руководства всегда был «крайне противоречивой фигурой».

В остальном все были единодушны в своих оценках.

– Легендарный специалист по расследованию убийств.

– Тот, кто всегда прав.

– Коллега, который постоянно рвется в бой.

– Абсолютно бесстрашный, никогда не сдается, никогда не отступает.

– Идет вперед, как локомотив.

И так далее и тому подобное.

Двое из его коллег выступили под своим именем. Во-первых, его старый друг и товарищ инспектор криминальной полиции Рогерссон, сам «легендарный специалист по расследованию убийств», который просто констатировал, что «Бекстрём дьявольски хороший парень». Во-вторых, один из его бывших главных боссов, Ларс Мартин Юханссон, ныне пенсионер, в свое время выгнавший нынешнего героя из Государственной криминальной полиции.

– Что я думаю об Эверте Бекстрёме… – сказал Юханссон.