Травма и исцеление. Последствия насилия – от абьюза до политического террора

Они могут проявлять нетерпимость к ее гневу, а могут, наоборот, молча сносить его, сами стремясь к мести. Поэтому пострадавшие женщины часто неохотно откровенничают с членами семьи – не только потому, что боятся быть непонятыми, но и из опасений, что реакция родственников превзойдет их собственную. Женщина, пережившая изнасилование, так описывает первоначальную реакцию мужа на ее слова и вызванные ей еще большую тревогу и чувство утраты контроля:

«Когда я рассказала мужу, он пришел в неистовство. Он хотел отомстить тем парням. В тот момент я и так была напугана донельзя и не хотела, чтобы еще и ему от них досталось. Я сказала ему об этом очень четко. К счастью, он меня услышал и был готов уважать мои желания»[235].

Восстановление чувства контроля особенно проблематично в сексуальных отношениях. После изнасилования почти все пережившие его сообщают о нарушениях в прежде стабильной сексуальной жизни. Большинство испытывает желание полностью отказаться от секса на какой-то период времени. Даже после возобновления интимных отношений нарушения сексуальной жизни исцеляются медленно[236]. В сексуальном взаимодействии выжившие часто снова сталкиваются не только с конкретными триггерами, провоцирующими флешбэки, но и с более общим ощущением давления или принуждения. Пережившая изнасилование женщина рассказывает о том, как реакция ее партнера заставила ее вновь почувствовать себя жертвой:

«Ночью я проснулась и почувствовала его на себе. Спросонья мне показалось, что [насильник] вернулся, и я запаниковала. Он сказал, что просто пытался заставить меня «снова привыкнуть», чтобы я не осталась фригидной на всю жизнь. У меня не было сил бороться или спорить, и я просто уступила. Во время [секса] моя голова была совершенно пуста. Я ничего не чувствовала. На следующий день я сдала свой последний экзамен, собрала вещи и уехала. Я рассталась со своим бойфрендом в то лето»[237].

В силу прочно устоявшейся нормы мужского «права» многие женщины привыкли удовлетворять желания партнеров и ставить собственные на второе место даже в сексе по согласию. Однако после изнасилования многие выжившие обнаруживают, что больше не могут мириться с таким положением вещей. Чтобы восстановить собственную сексуальность, женщине, пережившей изнасилование, необходимо вернуть себе чувство автономии и контроля. Чтобы когда-нибудь вновь научиться доверять, ей нужен готовый к сотрудничеству и чуткий партнер, который не рассчитывает на секс по первому требованию.

Восстановление хорошего отношения к себе и положительного образа себя включает не только вновь обретенное ощущение автономии внутри отношений, но и восстановление самоуважения. Выжившим необходима помощь других в их борьбе со стыдом и в достижении адекватной оценки своего поведения. И здесь отношение самых близких людей имеет огромную важность. Реалистичная оценка ослабляет чувства унижения и вины. И наоборот, резкая критика, равно как и не основанное на понимании слепое принятие, усугубляют самобичевание и отчуждение жертвы.

Реалистичная оценка – это признание крайне тяжелых обстоятельств травмирующего события и нормальности реакций жертвы. Это признание моральной дилеммы в условиях крайне ограниченного выбора. А еще это признание нанесенного психологического ущерба и принятие длительного процесса выздоровления. Резко критические суждения, напротив, часто навязывают предвзятый взгляд как на природу травмирующего события, так и на спектр приемлемых реакций. А наивное принятие пытается отбросить вопросы морали в полной уверенности, что такие вопросы несущественны в обстоятельствах ограниченного выбора. Однако даже такие ситуации не отменяют базирующихся на морали чувств вины и стыда.