Третья сила. Сорвать Блицкриг! (сборник)

— Служил на границе с Маньчжурией, начиная с рядового. Контрабандистов ловил, бандитов выслеживал. Остался на сверхсрочную, полковая школа младших командиров. Получил саперную подготовку, вернулся на заставу. Потом училище, опять на границу, но уже лейтенантом. После этого занимался работой с населением — поиск чужой агентуры, создание своей сети помощников. То есть то же самое, что и в начале службы — только не с собакой на поводке, а с карандашом и телефоном за столом. Ну и общие для всех на заставе задачи — наряды, рейды и прочее. Ну вот, чем занимался, — то и умею. Позывной — на ваше усмотрение, только «мякишем» не обзывайте — слишком банально.

— Так, хорошо. Ваши ники, то есть позывные: Батя, Бык, Док, 3D. И, — она сделала паузу, глядя мне в глаза, — СБ. С одной стороны — инициалы, с другой — Служба Безопасности, потому как этим вы и займетесь в группе после выхода в зону поиска, помимо прочего. Вопросы, предложения, пожелания?

— Скажите, а «ники» — это в честь вас так назвали? — опять Денисов вылез. То есть — «три-дэ».

— Не надо мне льстить пытаться. Вообще-то, «ник» — от английского «никнэйм», псевдоним в переводе. Еще вопросы?

— Извините, можно с вами переговорить в сторонке? Хоть у нас и полная демократия, но некоторые вопросы лучше решать в более узком кругу, — я решил не затягивать «расстановку точек над буквами». В самолете особенно не поговоришь, а после высадки — кто его знает. Если летим к немцам в тыл без пересадок, то можем через 5 минут после прыжка уже бой вести.

Степан

В бригаду прибыло что-то новенькое и стреляющее. С машин снимают ящики, причем ящиков немного и снимают их под присмотром незнакомого офицера и какого-то штатского. Зачем — не совсем понятно, но интригует.

— Товарищи командиры, — гражданский извлекает из ящика металлическую трубу с набалдашником, — перед вами образец новейшего противотанкового оружия — ручной противотанковый гранатомет…

Стоящие рядом офицеры сдержанно улыбаются — ну да, у нового оружия вид не особо грозный и больше оно похоже на водопроводную трубу с приделанными рукоятками и набалдашником. Ну-ну, смейтесь. Не видели вы, как от этой «трубы» танки полыхают, ну да ладно — еще увидите.

Но, несмотря на прибывшую новинку и успешное освоение личным составом чрезвычайно опасной профессии — солдат, настроение — не очень. Сами судите: под Смоленском — погром. Несмотря на отчаянное сопротивление наших войск, немцы проломили оборону и теперь рвутся к Брянску. Удержат наши его или нет — не совсем ясно, но по чрезмерно бравому тону сводок можно заключить, что там очень трудно.

А у нас пока тихо. Поступил приказ максимально ускорить боевую подготовку, но больше пока ничего.

Лагерь

Старый паровоз, натужно пыхтя и громко фыркая, наконец-то дотащился до пункта назначения. Эшелон еще не успел остановиться, а вокруг него уже началась суета. Солдаты и гражданские готовились к разгрузке, комендантский патруль подтянулся поближе, чтобы высматривать и вылавливать подозрительных лиц, ушлые бабульки устремились к вагонам делать свой маленький бизнес. В общем, все как всегда. Обычная вокзальная суета. С учетом того, что эшелон прибыл на час позже, чем должен был, суеты было больше, чем обычно.

Подождав, когда из вагона выйдет основная масса народа, Олег дал своим команду на выход. Все-таки, что ни говорите, а чертовски приятно быть подполковником и Героем Советского Союза. Еще при посадке майор — начальник эшелона выделил Соджету и его экипажу отдельное купе. Ехать в отдельном купе было гораздо приятнее, чем в общем вагоне. Иван и Стас, понимая всю деликатность ситуации, отпросились на ночь у командира в другой вагон, якобы пообщаться со знакомыми ребятами, так что это маленькое путешествие для Соджета прошло не только с комфортом, но еще и с удовольствием. А судя по чрезвычайно довольному лицу Ани, прямо-таки с огромным удовольствием. Но все хорошее когда-нибудь кончается. И поэтому теперь подполковник Медведь и его экипаж, выйдя из вагона, осматривали станцию, хотя смотреть-то особо было не на что. Одно— и двухэтажные деревянные и каменные здания. Военные и гражданские, суетящиеся около эшелона. Зенитки, обложенные мешками с землей. Полуторки и подводы, куда-то везущие бесчисленные мешки и ящики. Воронки от бомб, обгорелые остовы вагонов. Десятка три пленных немцев, разбирающие под присмотром двух бойцов остатки сгоревшего здания. Ну, и, конечно же, вездесущие стайки мальчишек, крутящихся около военной техники.

— Ну и где тут у них комендатура? — Иван пытался в этом хаосе найти хоть какой-то указатель, но, похоже, безуспешно.

— Это мы сейчас быстро выясним, — отреагировал Стас. — Надо взять «языка» и попытать как следует. — Общаясь с Олегом, они невольно перенимали его манеру поведения. Поэтому в своей компании позволяли себе некоторые шутки на грани фола.

— О, а вот и жертва. — Иван углядел красноармейца, идущего в их сторону — Эй, боец, ну-ка иди сюда.