Третий Рейх. Война. Книга II. Кризис и крах

Крайне сложно ответить на вопрос, когда солдат должен прекращать воевать, или почему он отказывается это сделать — этот вопрос в разных армиях и в разных обществах решали по-разному. То, что наступает момент, когда боевые действия следует прекратить и спасать жизнь — признается ныне повсеместно. Ранее это, однако, не было очевидным — так, при взятии американцами Окинавы, из 120 тысяч японцев, защищавших остров, в плен попали только 106. Все остальные предпочли смерть в бою или самоубийство[539]. Или другой пример — когда 27 мая 1905 г. адмирал Николай Иванович Небогатое отдал приказ о капитуляции перед технически превосходившим русские корабли японским флотом, то его за это судили и приговорили к смертной казни, высочайшим повелением замененной 10 годами тюрьмы. В точно такой же ситуации 8 декабря 1914 г. эскадра адмирала графа Максимилиана Шпее столкнулась с превосходящими силами англичан, и Шпее приказал сражаться до конца — погибло 2000 немецких моряков (у англичан — 3), спасся только один быстроходный немецкий крейсер «Дрезден». Осуждать же Шпее за исполнение им воинского долга также кажется неуместным.

Во время Второй мировой войны популярный у союзников за рыцарское поведение капитан немецкого крейсера «Эмден» Карл фон Мюллер, после того как попал под сильнейший огонь превосходящего по силе противника (австралийский крейсер Sydney), специально посадил крейсер на рифы, спася команду и повредив корабль, как и требовал устав. В ноябре 1939 г. капитан Ганс Лангсдорф взорвал в устье Рио-де-ла-Плата крейсер «Адмирал граф Шпее», сказав: «Тысяча живых молодцов мне милее тысячи мертвых героев». Напротив, «Бисмарк» за последние 90 минут перед гибелью выпустил 3000 снарядов — в чем был смысл совершенно бесперспективной борьбы? А что если бы адмирал Гюнтер Лютьенс вместо того, чтобы вести бессмысленную пальбу, дал английскому адмиралу Тови телеграмму о прекращении огня и о спасении команды? Этот риторический вопрос задавал единственный из переживших катастрофу офицеров «Бисмарка» — барон фон Мюлльхайм-Рехберг. Из 2221 человека команды «Бисмарка» выжили только 115. У англичан потерь не было. Эти жертвы были бессмысленными с точки зрения здравого смысла, зато в плане морально-политической мобилизации и с позиции пропаганды они были необходимы и полезны, поскольку погибшие герои продолжали воевать в сознании своих сограждан.

Вопреки очевидному провалу, — в феврале 1945 г. союзники потопили 17, в марте — 18, в апреле — 34 немецкие подводные лодки, — Дениц по-прежнему оптимистически оценивал перспективы подводной войны. Гитлер ему верил и в январе ждал 600–700 брутто тонн потопленных торговых судов союзников. Это были утопические ожидания — из 119 подлодок типа XX к маю 1945 г. в строю оставалось 2. Из 41 300 немецких подводников в живых осталось 25 870[540]. Именно поэтому среди немецких военных героев подводники занимают особенно почетное место.

Как и летчиков, подводников чествовали как асов. В Первую мировую войну вслед за Ведингеном прославились и другие немецкие подводники: Отто Харзинг, Вальтер Форстман, Отто Штайнбринк, Вальтер Швигер (он потопил «Лузитанию»). И во Вторую мировую войну их достижения были впечатляющими: Отто Кречмер (с 4.10.1939 по 16.3.1941 потопил 47 судов, их тоннаж составил 274 386), Вольфганг Лют (с 18.1.1940 по 12.8.1943 — 47 судов — 225 756), Эрих Топп (с 17.7.1940 по 3.7.1942 — 36— 198658), Гюнтер Принн(с 5.7.1939 по 28.2.1941 — 30 — 186 253), Генрих Либе (с 6.9. 1939 по 8.6.1941 — 34 — 185 377), Генрих Леман-Вилленброк (с 1.12.1940 по 9.3.1942 — 25 — 179 212), Виктор Шютце (с 1.10.1939 по 29.6.1941 — 34- 174 896)[541].

Несмотря на эти фантастические цифры, союзники возобладали над немецкими субмаринами, во-первых, с помощью научно-технических достижений в области вооружений и оборудования (радиолокаторы на самолетах, эффективные гидроакустические приборы на кораблях, гидроакустические буи, размагничивание судов, устройства против акустических торпед, новые глубинные бомбы). Во-вторых, путем применения более эффективной оперативной тактики: взаимодействия быстроходных надводных кораблей и авиации. В-третьих, с помощью огромного выпуска грузовых судов в США[542].

<strong><emphasis>Ваффен-СС и отношение к ним в вермахте и в немецком обществе</emphasis></strong>

«Eventually efficiency as such should not be a dominant norm in any kind of enterprise».

(E. Fromm)[543]

«Люди часто совершают ошибку: путают гнусное дело с его хорошим исполнением».

(А. В. Белинков)