Третий Рейх. Война. Книга II. Кризис и крах

В городе, население которого за счет беженцев увеличилось почти вдвое, сохранялся образцовый порядок. Со временем, однако, получила распространение партизанская война. Кессельринг писал: «Партизанская война в этой стране — вследствие южного темперамента итальянцев — имела характер напоминающих бунт хаотичных действий, в которых патриотические настроения сочетались с всплеском самых низменных инстинктов. Ежедневно партизаны совершали нападения из засад, вешали, топили, сжигали свои жертвы, применяли все известные виды пыток, отравляли колодцы, нередко используя для своих преступлений символику Красного Креста». Кессельринг считал, что вину за подобные эксцессы и варварские действия следует поровну разделить между партизанами, итальянскими фашистскими организациями и группами немецких дезертиров; лишь незначительная часть вины может быть возложена на регулярные немецкие части. Значительная часть случаев проявления жестокости происходила по вине отставших от своих подразделений немецких военнослужащих, которые, опасаясь за свою жизнь, вели себя агрессивно по отношению к местным жителям[357].

Наибольшую известность в этой партизанской войне получил налет партизан-коммунистов на немецкую полицейскую роту. 23 марта 1944 г. итальянские партизаны-коммунисты подорвали в центре Рима грузовик с солдатами полицейской роты; при этом погибло 33 человека. Гитлер приказал расстрелять итальянских заложников[358]. Не доверяя Кессельрингу, он поручил провести репрессии СД[359]. Было расстреляно 332 заложника. Оберштурмбанфюрер (полковник) СС Герберт Капплер тщательно составлял расстрельный список. Это примечательно, ибо в Белоруссии, Польше, Югославии, на Украине и в России в подобном случае без разбора расстреляли бы тысячи невинных людей и спалили десятки деревень, выбранных наугад. После войны командующий немецкими войсками в Италии Кессельринг и Капплер были приговорены к пожизненному заключению (Кессельринг был освобожден в 1952 г.). Расстрельный список Капплера превышал установленное соотношение (1:10) на два человека — именно это превышение, а не сам факт расстрела заложников, было поставлено ему в вину… Во Вторую мировую войну не только немцы, но и французы и советские войска брали и расстреливали заложников за мнимые или настоящие преступления партизан из «верфольфа». В середине октября 1941 г. в оккупированных районах Франции было убито 2 немецких офицера. По приказу главнокомандующего немецкими войсками во Франции генерала Отто фон Штюльпна-геля в конце октября 1941 г. было расстреляно 50 заложников[360]. Представители французского министерства юстиции на Нюрнбергском процессе показали, что в войну немцы в качестве заложников расстреляли во Франции 29 660 человек[361].

Ирония истории заключалась в том, что полицейское подразделение СС из второй роты III батальона полицейского полка Bozen, пострадавшее от взрыва, состояло из соотечественников итальянцев — тирольских немцев-фольксдойч. Точно так же эсэсовское подразделение, которое в июне 1944 г., мстя за действия партизан, расстреляло в Орадуре 642 француза, состояло из эльзасцев, то есть бывших французских граждан. В 1953 г. общественное мнение в Эльзасе было за оправдание этих эсэсовцев, ибо они «действовали по приказу немецких властей и отказаться не могли».

Еще одно массовое убийство в Италии связано с именем штурмбанфюрера СС Вальтера Редера, который в сентябре 1944 г. командовал отрядом, убившим 1600 гражданских лиц в Марцаботто, провинция Болонья. Редера осудили, несмотря на его протесты, но на поверку оказалось, что это были не заложники, а партизаны, сами чинившие убийства и поджоги… Лишь в 1985 г. Редер был освобожден из итальянской тюрьмы — министр обороны Австрии лично встречал его в аэропорту Вены[362].

Другой инцидент имел место зимой 1943–1944 гг. в районе древнейшего монастыря Монте-Кассино, где в Италии велись особенно ожесточенные бои: именно отсюда союзники пытались прорваться к Риму. Участник этих боев немецкий генерал Фридо фон Зенгер передавал в мемуарах, что 15 февраля 1944 г. аббатство Монте-Кассино было разрушено с воздуха. До этого Кессельринг, всегда пытавшийся изыскать средства и способы защитить ценные произведения искусства и культовые сооружения от военных разрушений, издал приказ о «нейтральном статусе» монастыря. Он приказал передать церковным властям сокровища искусства этого всемирно известного храма. Немецкие войска (ХГУ-й танковый корпус) заняли аббатство только после его разрушения: развалины более пригодны для обороны, чем уцелевшие здания[363].