Третий Рейх. Война. Книга II. Кризис и крах

Гросс-адмиралу Деницу в короткий срок после 30 января 1943 г. удалось сделать то, чего не смог сделать гросс-адмирал Эрих Редер — сконцентрировать все наличные силы на потоплении максимального количества торговых и военных судов противника. Немецкий подводный флот в 1942–1943 гг. был близок к успеху: 1000 субмарин с 60–70 тысячами моряков могли выиграть войну для Германии. Несмотря на технические новшества, введенные союзниками (коротковолновый радар, воздушная разведка), немецкий подводный флот дрался до конца без всяких признаков падения боевой морали. Ни один род войск, никакие части вермахта во Вторую мировую войну не действовали более эффективно, чем немецкие подлодки. В конце Второй мировой войны у немцев были подлодки новейшей XXI серии; эта серия считалась настоящим прорывом в технологии строительства подлодок, но использовать эту лодку в полном масштабе немцы не успели. Субмарина несла 20 торпед дальнего радиуса и 23 обычные торпеды. Конструкция этой лодки оказалась настолько удачной, что ее использовали американцы[506]. Некоторые историки считают, что если бы немцы поставили на, вооружение XXI серию на год раньше, то Германия одержала бы победу в битве за Атлантику, а вторжение пришлось бы отложить[507]. В самом деле, немецкие подводные лодки большие отрезки времени доминировали на море во время обеих мировых войн, а сами немецкие подводники были весьма близки к тому, чтобы нанести поражение своим противникам. В обеих мировых войнах германский подводный флот подходил к той черте, за которой начинается полный контроль над основными морскими коммуникациями. Установление такого контроля изменило бы ход войны и привело бы к поражению союзников… Некоторые эксперты считают, что будь у Гитлера в 1939 г. на полсотни лодок больше, он выиграл бы войну с Англией[508].

Еще в Первую мировую войну немцы возлагали особые надежды на подводный флот как на решающее средство одержать верх в военном противостоянии. Кроме чисто военных задач, в вильгельмовской Германии «план Тирпица» (план обширного немецкого военно-морского строительства) был отличным средством политической мобилизации народа, интеграции разнородных групп и слоев общества. В свое время в военно-морском строительстве были заинтересованы все, даже рабочий класс[509] — по причине увеличения рабочих мест. На деле же стратегия Тирпица в годы Первой мировой войны оказалась ошибочной спекуляцией с катастрофическими последствиями. Когда в 1918 г. стало ясно, что Германия проиграла, командующий Кригсмарине призвал моряков выйти на последний и решительный бой, который, хоть и не сможет что-либо изменить, зато станет примером для следующих поколений и создаст благоприятные условия для подписания условий мирных соглашений с Антантой. Это было совершенное безумие и авантюризм, вызвавший восстание моряков, за которым последовала Ноябрьская революция, а затем Веймарская республика.

Несмотря на очевидный крах планов Тирпица, его представления о роли Кригсмарине и о его особой боевой морали пережили в законсервированном состоянии Веймарскую республику и с новой силой, и даже более динамично, стали развиваться в Третьем Рейхе. Повторились даже иллюзорные надежды на подводный флот: в Первую мировую войну именно подводные лодки дали Германии, пусть призрачный, но шанс выиграть войну, правда при одном условии — подводная война должна была вестись без оглядки на международное морское законодательство и без учета призовых правил. В самом начале Первой мировой войны немецкие подводники потопили три английских тяжелых и два легких крейсера, в результате погибло 2 тысячи моряков. Потопление 22 сентября 1914 г. лейтенантом Кригсмарине Отто Ведингеном, командиром подлодки U-9, английских крейсеров «Абукир», «Кресси» и «Хог» позволило всем осознать огромный разрушительный потенциал нового подводного оружия. Менее чем за час 28 человек на 400-тонной немецкой подлодке уничтожили дорогостоящие британские корабли общим водоизмещением в 40 тысяч тонн с 2265 моряками, из которых спаслась только треть. Погибло почти столько же английских моряков, сколько в Трафальгарском сражении. Лодка U-9 вернулась в Киль невредимой. Вединген погиб на море 6 месяцев спустя, впоследствии о нем слагали легенды[510]. За годы Первой мировой войны немецкие субмарины потопили более 5 тысяч кораблей, включая 10 линейных кораблей и 18 крейсеров[511].

В первый момент после побед Ведингена всем казалось, что наступил конец британского военного могущества на море. Англичане стали настаивать на введении правила, чтобы подводные лодки не имели права атаковать из-под воды. Шеф британской военной пропаганды виконт Нортклифф развернул в прессе масштабную кампанию с целью опорочить действия германских подлодок против британских торговых судов[512]. Он достиг своей цели: общественность стала считать соблюдение ограничений подводной войны необходимым — довольно строгие призовые правила, ограничивавшие возможности подлодок, продолжали сохранять силу.