Три кита здоровья

Здесь мы выходим на удивительно важный пункт наших рассуждений: дело в том, что за всеми этими добрыми примерами, за всеми обращениями к психологам, за всеми этими уговорами жить целенаправленно, быть доброжелательными, стать деятельными и т. д. и т. п. сокрыт могучий объективный фактор серьезных и благотворных изменений нашей физиологии под воздействием нашей психической установки. Целевая установка психики на активность, например, способна вызвать дополнительные, причем весьма значительные, резервы организма.

Начну с очевиднейшего примера. Как известно, повышение температуры на градус или, упаси боже, на два уже укладывает человека в постель. Известно также, что падение сахара в крови в два раза приводит к такому состоянию, что пора вызвать «скорую помощь». Известно также, что учащение сердцебиения и резкое повышение давления до двухсот и более миллиметров ртутного столба чреваты множеством самых тяжелых недугов, вплоть до инфаркта и инсульта. Но как же с позиций подобных безусловных данных можно объяснить бодрое состояние лыжника, который к концу тридцатикилометровой гонки бежит с температурой под 40 °C, с содержанием сахара в крови менее чем вполовину необходимой нормы и при пульсе до двухсот ударов в минуту? Бежит, и ничего худого с его здоровьем не происходит, и, более того, пройдя эту соревновательную дистанцию или, еще лучше, обретя олимпийскую медаль, он не только не отправляется в госпиталь, но, напротив, ликует, еще более здоровеет и способен на еще большие нагрузки, перегрузки и отклонения от среднестатистической нормы!

Следовательно, речь идет не просто об изменениях физиологических функций, но и о значительном повышении пределов возможного для человека, заряженного на победу — на победу над собой либо соперниками. Интересно и то, что тренированные спортсмены способны даже в состоянии усталости проделать еще такую дополнительную работу, которая изначально совершенно не под силу тем, кто с подобными нагрузками раньше не сталкивался. Это значит, что ставшая постоянной для них мотивация и сопутствующие ей физиологические изменения во всей внутренней системе усилили функции и системы вегетативного обеспечения, и желез внутренней секреции, и функции дыхания, кровоснабжения, внутреннего обмена веществ. Кто хочет опровергнуть этот тысячекратно, миллионнократно повторенный результат, пусть попытается.

Еще раз напомню о том, что бойцы, форсировавшие в годы Великой Отечественной войны водные преграды, не заболевали простудными болезнями, невзирая на лютую стужу и пронзительный холодный ветер.

Лауреат Нобелевской премии академик Николай Николаевич Семенов, который прожил более девяноста лет и у которого не было в них ни единого дня без напряженной работы, как-то сказал: «Я привык просыпаться с ощущением радости». Между двумя этими категориями — долгожительством большого труженика и его радостной, эмоциональной настроенностью — существует прямая связь. Какая же?

Дело в том, что наш мозг — это грандиозная эндокринная железа, вырабатывающая более пятисот различных гормонов, которые централизованно руководят работой всех наших органов и систем.

Любая эмоция сопровождается выделением тех или иных гормонов, которые влияют на процессы в организме — положительно или отрицательно. Анатолий Михайлович Кашпировский, психотерапевт, ставший особенно известным благодаря своим сеансам по Центральному телевидению, как бы ни относиться к моральной стороне его психологического воздействия на аудиторию (которая, на мой взгляд, сплошь да рядом оказывается аморальной), безусловно, прав, когда утверждает, что в организме под воздействием психики возникают далеко не познанные пока разного рода вещества, аналогичные гормонам. Здесь следует указать особо, что организм вырабатывает эти вещества по командам, получаемым из мозга, которые не обязательно идут от сознания, но чаще всего идут из сферы подсознания.