Три короткие истории из жизни сыщиков

Мистер Джей принял приглашение и шутливо добавил, что поспешит домой, дабы поскорее избавиться от чистого костюма и до конца дня снова наслаждаться своей привычной грязной одеждой. Хочу также доложить, что я благополучно довел его до самого дома, где он в настоящий момент и находится, облаченный в привычную грязную одежду (по его собственным гнусным словам).

Таково положение дел на сегодня, поскольку то, что я позволю себе назвать первой стадией расследования, завершено.

Я отлично понимаю, как охарактеризовали бы предпринятые мною действия люди недальновидные и склонные к поверхностным суждениям. Они стали бы утверждать, что все это время я заблуждался самым нелепым образом. Они заявили бы, что в описанных мною подозрительных разговорах речь шла исключительно о трудностях и опасностях, с которыми сопряжено тайное заключение брака. Они сослались бы на сцену в церкви как на неоспоримое доказательство правильности своих умозаключений. Ну и пусть. Я не стану ничего оспаривать. Но как человек, знающий мир, я задам только один вопрос. Он исходит из самых глубин моей проницательности, и я думаю, что даже самые заклятые мои враги затруднятся на него ответить.

Признавая сам факт заключения брака, я спрашиваю: какие это предлагает мне доказательства невиновности людей, вовлеченных в это тайное предприятие? Лично я таких доказательств не вижу. Как раз напротив, это укрепляет мои подозрения относительно мистера Джея и его сообщников, поскольку дает ясный мотив для похищения денег. Джентльмен, который собирается провести медовый месяц в Ричмонде, нуждается в деньгах. Джентльмен, который задолжал всем своим лавочникам, также нуждается в деньгах. Кто сочтет подобное обвинение неоправданным? Я отвергаю подобные упреки во имя разгневанной Морали. Эти мужчины вступили в сговор и похитили женщину. Почему бы им не вступить в сговор и не похитить коробку с деньгами? Мои суждения основываются на логике несгибаемой Добродетели, и я не уступлю ни дюйма даже самой изощренной софистике Порока.

К слову, о добродетели. Хочу добавить, что я изложил свое видение этого дела мистеру и миссис Йатмен. Логика моих рассуждений поначалу вызвала затруднения у этой культурнейшей и очаровательнейшей из женщин. Я, нимало не смущаясь, признаю, что она покачала головой и пролила слезы, а также присоединилась к мужу, который принялся преждевременно оплакивать утрату двухсот фунтов. Но после того как я подробно все разъяснил, а она внимательно меня выслушала, ее точка зрения кардинально изменилась. Теперь она согласна со мной, что неожиданное обстоятельство тайного брака отнюдь не отводит подозрения от мистера Джея или мистера «Джека», как и от сбежавшей дамы. Последнюю моя милая подруга назвала «отчаянной девицей», но это не имеет отношения к делу. Я упомянул об этом лишь для того, чтобы продемонстрировать доверие, которое сохраняет ко мне миссис Йатмен. Что касается мистера Йатмена, то он обещает последовать ее примеру и постараться ожидать результатов расследования с верой в лучшее.

Теперь, когда обстоятельства дела приняли новый оборот, я ожидаю от Вас совета, а также новых указаний. Я делаю это со спокойствием человека, у которого есть запасной вариант. Следя за тремя сообщниками от дверей церкви до здания вокзала, я руководствовался двумя мотивами. Во-первых, это был мой официальный долг, поскольку я продолжал считать их виновными в совершении кражи. Во-вторых, я делал это из личных соображений, поставив себе цель установить место, в котором собирается укрыться сбежавшая пара, а затем использовать эту информацию в качестве товара, способного заинтересовать родных и друзей юной леди. Таким образом, я в любом случае могу заранее поздравить себя с тем, что не потратил свое время впустую. На тот случай, если начальство одобрит мой образ действий, я уже заготовил план дальнейшего расследования. Если же наверху мной останутся недовольны, я удалюсь с имеющейся у меня информацией, чтобы продать ее благородным обитателям особняка в районе Риджентс-парка. При любом повороте событий мой карман не останется пуст, а мне обеспечена репутация проницательного и необыкновенно наблюдательного человека.

Мне остается добавить лишь одно, а именно: если кто-нибудь осмелится утверждать, что мистер Джей и его сообщники не имеют никакого отношения к похищению коробки с деньгами, я, в свою очередь, предложу этому критику, будь он хоть сам старший инспектор Тикстоун, сообщить мне, кто совершил кражу на Рутерфорд-стрит, что в Сохо.

Упорствуя в этом убеждении, я в то же время остаюсь Вашим покорным слугой

Мэтью Шарпин

ОТ СТАРШЕГО ИНСПЕКТОРА ТИКСТОУНА СЕРЖАНТУ БАЛМЕРУ

Бирмингем. 9 июля

Сержант Балмер!