Три тысячелетия секретных служб мира. Заказчики и исполнители тайных миссий и операций

Лейтенант Берт Холл начинал карьеру военного летчика в 1912 году в рядах турецких войск, сражавшихся против Болгарии. Уроженец штата Кентукки провел свое детство в горах Озарка, в юности стал автогонщиком, а позднее — пионером летного спорта. На Балканах он летал на французском моноплане. Турки наняли его для управления своей воздушной разведкой за 100 долларов золотом в день. Армии султана, которым противостояли сербы, греки и болгары, вынуждены были обороняться. Они потерпели поражения у Кирк-Килиссе и Люле-Бургаса 24 и 29 октября 1912 года. Главный город и крепость турецкой Фракии, Адрианополь, издревле прикрывавший пути к Константинополю, был осажден сербо-болгарскими войсками. Когда турки поняли, что проигрывают войну, их главной заботой стало безопасное отступление в Малую Азию.

Холл руководил разведкой безупречно, но упорно игнорировал намеки турков на то, что он мог бы сбрасывать бомбы на их врагов. Когда турки перестали ему платить, он вместе с механиком-французом перелетел на своем моноплане на сторону болгар, которые пригласили его работать на них за те же деньги. Находясь на службе у султана, он хорошо ознакомился с новыми оборонительными позициями перед Константинополем, поэтому ему предложили приземлиться за фронтом у Чаталджи и заняться шпионажем. Однако американец указал на разницу между разведкой, которую он обязался вести, и шпионажем, но за добавочную плату согласился рискнуть и высадить за линией фронта болгарского разведчика в турецкий тыл, что и сделал вполне успешно, несмотря на примитивное состояние тогдашней авиации.

Когда же болгары к концу месяца не выплатили причитавшееся ему жалованье, как перед этим турки, летчик-разведчик посчитал, что совершил ошибку, перейдя к ним на службу, и уже собирался оставить болгар, когда был арестован как неприятельский шпион. Этот типично балканский способ избавления от кредитора поставил американского летчика в довольно затруднительное положение. Как наемника, его лишили права обратиться к дипломатическому представителю Соединенных Штатов; а поскольку он никогда не отрицал, что раньше выполнял задания турецких генералов, то теперь ему было крайне трудно доказать, что он перестал это делать.

Представ перед военным судом, он открыто заявил о деньгах, которых ему не заплатили, и в ответ был приговорен к расстрелу. К счастью, его механик-француз, Андре Пьере, никогда особо не доверял добропорядочности болгар. Оставшись на свободе, он отнес свою часть золота некоему представителю властей. За несколько часов до назначенного на рассвете расстрела «шпиона» француз вывернул свои карманы и успел дать большую взятку кому следует — и американца выпустили на свободу.

В августе 1914 года Холл начал выплачивать свой долг находчивому французу. Уже на второй день войны он записался в Иностранный легион. После трех месяцев войны на его умение обращаться с самолетом обратили внимание и перевели в летный корпус. Затем от попал в эскадрилью Лафайета и в конце мировой войны оказался одним из двух оставшихся в живых членов этой прославленной бригады «воздушных дьяволов». Еще до формирования эскадрильи Холлу, как бывалому французскому летчику, поручали особо опасные миссии — перевозить через линию фронта туда и обратно шпионов! Такое задание требовало, во-первых, умение летать в темноте, поскольку рассвет считался единственно подходящим временем суток для высадки шпиона, и, во-вторых, приземляться на незнакомых и неподготовленных площадках. Едва ли менее рискованным был и обратный полет. Этот подвиг приходилось повторять каждые несколько дней, каждую неделю, каждые две недели — как только почтовый голубь приносил от шпиона крохотный клочок бумажки с сообщением, что тот готов вернуться.

Усовершенствуя новый вид военного шпионажа, Холл изобретал все более изощренные приемы. Благодаря своему хладнокровию и колоссальному летному опыту он высадил нескольких шпионов и каждого из них доставил затем домой без каких-либо приключений. Но однажды он, похоже, столкнулся с предательством. От шпиона поступил запрос на обратную перевозку, и Холл вылетел перед рассветом, чтобы забрать своего пассажира на поле близ Рокруа. Агенты германской контрразведки точно знали час и место его приземления. Его поджидали пулеметы и стрелки; но, к счастью Холла, пружинка в западне сработала на пару секунд раньше, чем следовало. От долгого бодрствования и напряжения его враги занервничали, и их преждевременный огонь по машине дал американцу знать, что теперь ему нужно спасаться. Стремительно набрав высоту, он вышел из-под обстрела. Благодаря своему инстинктивно верному и смелому маневру он спас себя и машину, отделавшись пробоинами в крыльях и легким ранением. Вскоре его, как первоклассного летчика, выполнявшего особые задания, наградили военной медалью.