Центральная и Восточная Европа в Средние века. История возникновения славянских государств

В ходе норманнских завоеваний, которые сеяли ужас по всему европейскому побережью Атлантического океана и парализовали европейскую экономическую жизнь, плоды трудов Карла Великого стали разваливаться. В это самое время на Дунае и Мораве возникло государство, так много обещавшее Центральной и Восточной Европе, что это до сих пор озадачивает многих ученых. Новое государство нашло доступ к Константинополю, хранилищу старой классической и эллинистической культуры, и получило оттуда знание Евангелия. Столь неожиданный отпор остановил продвижение на восток франкской культуры и открыл славянский восток для Византии. Изобретение письменности святыми Кириллом и Мефодием и начало богослужений на славянском языке – новшество, неслыханное на западе, – угрожали всей культурно-просветительской работе Карла Великого. Этот монарх сделал делом своей жизни навязывание использования латыни и римских обрядов западу, в том числе нелатинскому населению германского рода.

В любом случае амбиции Карла Великого явились сильным доказательством привлекательности римской культуры для германцев. Не имея ничего, что можно было бы отдать взамен за бесценные дары, предлагаемые Римом, они приняли их целиком и настаивали, что язык римлян является единственным посредником, достаточно благородным, чтобы передать мысли интеллектуалов толпе и молитвы верующих Богу. Они не видели неравенства между своим положением и положением романизированных народов и не думали о том, что такое абсолютное принятие поставит их собственный язык в невыгодное положение. Такие соображения могли помочь в оценке государственной мудрости моравских князей. Но в то время латинские институты так прочно утвердились в жизни франков, что стали неотъемлемой частью франкского национального характера на востоке и западе, и вместо того, чтобы подражать восточным соседям, франки, почувствовав опасность, предпочли действовать. Понять опасность их заставило папство, которое, обеспокоенное растущей силой франкской иерархии, стало на сторону Моравии и византийских миссионеров.

Восточная Франкия – сегодняшняя Германия – вбросила мяч в игру. С характерным германским упорством Людовик не давал ни минуты покоя моравским соседям, и его преемник Арнульф, чувствуя неспособность сокрушить их в одиночку, не испытывая никаких угрызений совести, призвал на помощь следующих завоевателей Центральной Европы – финно-угорских мадьяр. После их разгрома болгарским царем Симеоном и его союзниками печенегами (пацинаками) – их смертельными врагами – и после их изгнания с насиженного места на юге Руси, мадьяры только и ждали возможности перейти Карпаты, чтобы ликвидировать Моравскую империю и обустроиться на дунайских равнинах. Арнульф явно не ведал, что творит. Он достиг своей цели, но на деле оборвал линию связи, которую создавали моравские принцы, чтобы соединить Византию и Центральную Европу. По ней на запад должны были поступить сокровища греческой и эллинистической культуры. Поскольку моравский путь перерезали ничего не знающие о культуре мадьяры, а морские пути преградили арабы, Западной Европе пришлось ждать четыре века, прежде чем ее экономическая и военная экспансия на Средний Восток во время Крестовых походов восстановила контакт с греческой и эллинистической культурой, спасенной Византией. Этот контакт дал интеллектуальный толчок к развитию западного Возрождения.

Ничуть не менее катастрофическим стал непосредственный результат этого поступка. Новые завоеватели стали бичом Европы, и их набеги в Баварию и на другие германские земли, в Бургундию, Западную Франкию и даже Италию, никому не позволяли наслаждаться миром. Место моравской проблемы заняла проблема мадьярская, значительно более тяжелая. Чтобы с ней справиться, нужен был еще один Карл Великий.

Тем временем шло создание из ряда славянских и финно-угорских племен Киевской и Новгородской Руси – величайшего из творений, существовавших на севере и востоке Европы. Этот регион доселе был едва ли хорошо известен римлянам и их преемникам на западе, франкам, и оставался закрытой книгой для всего остального человечества. Новое политическое образование, которое Игорь сосредоточил вокруг Киева, установило контакт не только с византийской цивилизацией, но и с арабами Багдада через хазар, обосновавшихся в низовьях Волги, и булгар, живших вблизи среднего течения этой реки.

Существовала серьезная опасность того, что цивилизация халифов затмит христианскую Византию. Северяне-скандинавы были язычниками, и их одинаково привлекали обе цивилизации. Затем вместо христианства в его западной или восточной форме ислам пересек Днепр, Днестр и Карпатские горы и обеспечил себе прочное положение среди мадьяр. В своих скитаниях по русским степям, тогда находившимся под хазарским правлением, они, вероятно, познакомились с верой Мухаммеда и, как многие кочевники, предпочли ее суровой доктрине христианства.