Центральная и Восточная Европа в Средние века. История возникновения славянских государств

Там восточное христианство вступило в контакт с германскими представителями западного христианства. Мы знаем, что в 971 году епископ Вольфганг из Айнзидельна, который в 972 году стал епископом Регенсбурга, работал, если верить его биографу Отлоху, на границе. Но самым ревностным среди всех германских миссионеров, старавшихся обратить на путь истинный мадьяр, был знаменитый епископ Пассау Пилигрим. Мы располагаем письмом, направленным им папе Бенедикту VII, в котором он хвастает своими успехами среди венгров и приписывает себе применение в миссионерской работе метода, использованного Святым престолом в обращении Англии (quemadmodum in gestis Anglorum didici). Это простительное преувеличение, поскольку его главная апостольская заслуга заключается в возвышении своей епархии до статуса митрополии. Во всяком случае, он так утверждал. Нам известно, что это было его страстное желание и он всю жизнь старался расширить свой диоцез как можно дальше на восток и юго-восток, для чего использовал не только миссионерское рвение, но и проницательную дипломатию, и даже сфальсифицировал несколько булл. Хотя даже поддельные буллы не убедили подозрительных римлян. Тем не менее все это вовсе не значит, что деятельность Пилигрима в Венгрии была безрезультатной. Из документов нам известно, что некий епископ Прунварт крестил большое число венгров вместе с их королем. Этот епископ мог быть одним из миссионеров, посланных в Венгрию Пилигримом, и крещение Гёзы может быть заслугой священника той же миссии. Представляется, что, несмотря на предосудительное хобби – подделку булл, Пилигримом двигало искреннее желание продвигать интересы церкви.

Уже в 901 году германское духовенство выказало откровенный и большой интерес к территориям, расположенным к северу и югу от среднего течения Дуная, когда баварские епископы горячо протестовали против попытки папы Иоанна IX реорганизовать моравскую церковь, тогда потрясенную смертью Мефодия и отъездом викарного епископа Вихинга из Нитры. Но что случилось с легатами, посланными в том же году в Моравию? Было ли у них время исполнить свою миссию? Пережили ли новые епископы панику мадьярского вторжения? Все это неизвестно.

Жалобы германских епископов дают нам некоторый намек на то, что случилось, когда Генрих Птицелов и Оттон I остановили мадьярское вторжение и когда папа сделал попытку обратить в христианство азиатские орды. Главной заботой германского епископата было поместить новые страны под свою юрисдикцию, и тогда два викарных епископа Зальцбурга-Регенсбурга и Пассау заключили между собой сделку. Они договорились, что регион к востоку от Дуная, то есть Богемия со всеми ее землями, будет считаться сферой влияния Регенсбурга, а Пассау получит территории, расположенные к югу от Дуная, с древней Паннонией, и большую часть остального Дунайского бассейна, занятого «новыми кандидатами в христианскую веру».

По условиям этого соглашения даже регион между Дунаем и Татрами (позже ставший Словакией), где еще сохранились последние остатки моравского христианства, был предназначен для Регенсбурга. Тому свидетельство – существование в Нитре очень старой церкви, посвященной святому Эммерану, покровителю Регенсбурга. А также это следует из древней легенды о святых Андрее и Бенедикте, написанной около 1070 года епископом Мавром из Печа. Церкви, посвященные святому Эммерану, были также в Богемии.

Мы уже знаем, что после создания Пражского епископства территория государства Пржемыслидов была исключена из юрисдикции Регенсбурга, чтобы стать независимой под митрополитом Майнца. И мы помним, как был создан Моравский диоцез. Поэтому было бы не вполне корректно утверждать, как это делают многие ученые, что Моравский диоцез был создан по предложению епископа Пилигрима из Пассау. Этому предположению противоречит письмо знаменитого епископа о его венгерских миссионерских достижениях. Хотя он делает заявление, не подтвержденное другими документами, – что четыре епископа, действовавшие на территории, куда вторглись мадьяры, уцелели в Моравии, его больше интересует регион к югу от Дуная, когда он пишет о семи епископах Восточной Паннонии и Мезии, территорию которых он считал частью своего диоцеза. Но Моравия никогда не входила в Паннонию.