Цветочки Александра Меня. Подлинные истории о жизни доброго пастыря

Вспоминаю, как в 85-м году мы с детьми переехали на Преображенку. Собираясь устроить новоселье, я отважилась сделать моим друзьям-гостям подарок: попросить отца Александра приехать и освятить наш новый дом. Поехала в Новую Деревню и, запинаясь, озвучила свою просьбу, и в ответ услышала: «Конечно, приеду – столько лет молились!» Этот день был чудесным – одним из самых счастливых в моей жизни! Но я не буду писать о нём, а скажу только, что после освящения кто бы к нам ни заходил – много раз бывавшие у нас или попавшие к нам впервые – сразу, у двери, расслабленно приседая, произносили: «Как у вас хорошо!» Они задерживались гораздо дольше, чем собирались пробыть, забывали свои вещи и, умиротворённые, уходили. До этого события, как правило, все свои вещички забирали с собой. В тот день отец Александр подарил нам часы, которые до сих пор ходят!

Марианна Вехова

Однажды я ждала отца Александра в церкви. Он только что отпел покойника, и родственница этого покойника сунула в карман отцовской рясы свёрнутую красненькую – десять рублей. И ушла. Отец оглянулся, поискал глазами и увидел в углу совсем маленькую, сгорбленную старушку. Она поймала его взгляд и засеменила к нему, сложив ковшиком ладошки: «Благословите, батюшка». Он её благословил и спросил (я стояла совсем рядом, поэтому услышала):

– Ну как, не удалось спрятать пенсию? Отнял сын?

– Отнял, батюшка.

– Да что же ты не спрятала у какой-нибудь подружки? Ведь мы уговаривались.

– А как я спрячу, он ведь сын… Ещё убьёт спьяну… Он ведь ждал, когда пенсия придёт.

– Как же ты теперь, без денег?

– Без денег, батюшка…

– На вот тебе десяточку, только сыну не показывай, тихонько у подружки поешь, что купишь…

– Не покажу, батюшка, он сразу отберёт…

Отец Александр сделал мне выговор, что я не наряжаюсь, хожу в одном и том же неинтересном костюме.

– Так можно разонравиться мужу! – предупредил он. – Мужчины любят глазами. И стремятся к новому. Надо менять свой облик. Покрасить волосы в… – он прищурился и критически поглядел на меня, склонив к плечу голову, – в рыжий цвет. С чёрными глазами будет неплохо… И косметику надо употреблять. Косметика из дурнушек делает красавиц. А вам ведь совсем немного надо подкрасить лицо, чтобы не быть такой бледной…

Он мне вдруг всучил 1000 (тысячу!) рублей, чтобы я купила себе красивое платье! Я сказала: «Когда же я смогу вам вернуть такую сумму?» Он ответил: «Не думайте об этом. Когда опубликуете свои “взрослые” вещи, получите гонорар, тогда и вернёте».

Михаил Завалов

Приезжая в гости, отец Александр привозил еду, цветы, подарки; он дарил себя и своё с каким-то избытком. Вот однажды моя жена Оля с дочкой Катей шли с ним из Новой Деревни к станции, и он сказал: «Давайте заглянем в “Детский мир”, мне надо купить подарок ребёнку на именины», – собирался к кому-то в Москву. Они зашли и выбирали игрушки, а потом батюшка посмотрел на Катю и спросил: «Ну а тебе чего купить? Выбирай что хочешь». Маленькая Катя осмотрела игрушки и, конечно, выбрала самую дорогую куклу. Несмотря на Олин протест: «Отец, но у неё же не именины», – он, как балующий ребенка дедушка, эту дорогущую куклу купил.

Он любил дарить лампы – «светильники», часы – символ времени. Подарил лампу «Совесть» – с рожицей и качающей на пружинке головой. Дочка с подружкой смотрели, как она неодобрительно мотает головой, в мистическом ужасе.

Иногда подкидывал денег, делая это тактично, но и настойчиво, так, что трудно было протестовать. Однажды, проходя по церковному двору, он зовёт меня и быстро даёт какой-то конверт и со словами: «Это вам от Микки Мауса», – убегает дальше, прежде чем я обнаруживаю, что там – деньги… А как щедро он дарил или давал почитать «контрабандные» книги, которые сам же ценил на вес золота.

Однажды у него венчались наши знакомые, и он вдруг срочно позвал Олю, дал ей ключ от домика и попросил вынуть из кармана его пиджака кошелёк и купить большую икону в «ящике» (дорогую по тем временам, кажется, двадцать пять рублей), что требовалось при венчании. Он не хотел напрягать этим жениха и невесту, ни о чём не подозревающих, а видел он эту совершенно незнакомую ему пару в первый и последний раз.

Григорий Зобин