Читаем Турбулентное мышление. Зарядка для интеллекта полностью

(Эпитафия – надпись на соборе Эльджин. Маршак, 1973. С. 633)

«Ляля пяти лет (очутилась на кладбище и говорит.  – Авт .): “Вот ведь большие дяди и тёти, а чем занимаются – хоронением! Я, конечно, не боюсь, нет, но ведь жалко – хороняют и хороняют, ведь людей хороняют. Пойдём и заявим в милицию – ведь жалко людей-то!”» – приводит один среди многих прочих примеров парадоксальных детских суждений тот же Корней Чуковский (Чуковский, 1970. С. 166).

Смерть, как необратимый процесс, ребёнку неведом. Похожие воззрения характерны для традиционной, то есть языческой, культуры с её идеей «реинкарнации» и повторяемости событий, возвращения личности на новом жизненном цикле в мир живых. Так возвращается солнце после ночи, так каждый раз настаёт весна, после зимы…

Едва различив нечто, любое понятие, любую языковую форму, любой знак, вещь, пытайтесь «отзеркалить» их, осознать, что произойдёт при инверсии, обращении этого «нечто» в антипод, или же «антипят».

Мы – антиподы, мы здесь живём!

У нас тут анти-анти-антиординаты.

Стоим на пятках твёрдо мы и на своём,

Кто не на пятках, те – антипяты!

(В. Высоцкий, «Марш антиподов»)

Честертон так выразился о Кэрролле: «Он не только учил детей стоять на голове. Он учил учёных стоять на голове».

Алиса Рейкс, дальняя родственница Кэрролла, вспоминала:

«…Комната, в которой мы очутились, была заставлена мебелью; в углу стояло высокое зеркало.

– Сначала скажи мне, – проговорил он, подавая мне апельсин, – в какой руке ты его держишь.

– В правой, – ответила я.

– А теперь, – сказал он, – подойди к зеркалу и скажи мне, в какой руке держит апельсин девочка в зеркале.

Я с удивлением ответила:

– В левой.

– Совершенно верно, – сказал он. – Как ты это объяснишь?

Я никак не могла этого объяснить, но, видя, что он ждёт объяснения, решилась:

– Если б я стояла по ту сторону зеркала, я бы, должно быть, держала апельсин в правой руке?

Я помню, что он засмеялся.

– Молодец, Алиса, – сказал он. – Лучше мне никто не отвечал.

Больше мы об этом не говорили; однако спустя несколько лет я узнала, что, по его словам, этот разговор навёл его на мысль о «Зазеркалье», экземпляр которого он и прислал мне в своё время вместе с другими своими книгами» (Кэрролл, 1991. С. 114–115).

ВОПРОС № 61

Может ли зеркало перевернуть наше изображение не слева направо, а сверху вниз?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Эдипов комплекс
Эдипов комплекс

Впервые герой романа "Эдипов комплекс"предстает перед читателем во всей сложности переживаний интеллигентного человека. Неординарность его духовного устройства преподносится с точки зрения психоанализа его поступков.Про него нельзя сказать однозначно – хороший, плохой. Он разный, и жизнь его не похожа на жизнь нам известных интеллигентов. Однако его типичность касается его рефлексии, которая не мешает ему совершать множество ошибок, расплата за которые – его одиночество, невозможность вписаться в окружающий его изменяющийся мир. Он постоянно запаздывает и едва успевает сесть в последний вагон быстро проходящей жизни.В повествовании есть элементы детективного жанра, что заставляет проследить эволюцию героя под влиянием обстоятельств для него неблагоприятных. Роман написан правильным литературным языком, и в этом он этом он противостоит столь популярному постмодерну. Роман оставляет приятное впечатление классики реалистического жанра.

Татьяна Ролич , Полина Грёза , Дмитрий Михайлович Липскеров , Максим Черников , Дмитрий Липскеров

Карьера, кадры / Проза / Русская классическая проза / Современная проза / Романы