Но весь этот аудиовизуальный водоворот не был способен помочь выбросить из головы Эллиота ряд вопросов, которые он повторял все настойчивее и настойчивее: почему девушки не обращают на него внимания? Разве он не был замечательным мальчиком? Разве он не был настоящим джентльменом? Он даже не смог найти спутницу на новые кинопремьеры, которые часто посещал.
Пытаясь похвастаться своими победами на любовном фронте, Дейл Лаунер, известный сценарист и кинорежиссер, который был другом его отца, стал его советником в искусстве завоевания женщин. Лаунер, ветеран производства романтических фильмов, давно друживший с Роджером, полагал, что, благодаря своим фильмам, в том числе «
Тем не менее Эллиот скептически относился к этим жестам помощи, интерпретируя их как своего рода акт милосердия, который совершался из жалости и из-за раздутого эго таких, как Дейл, кто считал себя выше его. Эллиот ненавидел проявлять жалость. И он ненавидел, когда жалели его. На самом деле он был убежден, что для того, чтобы соблазнить женщину, нет никакого другого, более надежного секрета или рецепта, чем деньги.
Эллиот полагал, что если бы у него было много денег, если бы он родился в более обеспеченной семье, то у него также было бы больше чувства собственного достоинства и больше женщин. По его мнению, его единственный путь к успеху на любовном и сексуальном поприще заключался в обретении благосостояния, даже если для получения этого потребовалось бы проявить безжалостную решимость.
Он пришел к убеждению, что выигрыш в лотерею
Позже он написал:
Я всегда знал, что мне было суждено делать великие дела. Это должно было случиться! Мне суждено было стать обладателем самого большого джекпота в истории лотереи. В тот момент я знал, что этот джекпот был предназначен для меня. Кто еще заслуживал такой победы? В своей жизни я пережил так много отвержения, страданий и несправедливости, что этот выигрыш должен был стать моим спасением. Когда все мое тело было наполнено горячей надеждой, я потратил 700 долларов на лотерейные билеты, чтобы принять участие в этом розыгрыше. Тратя эти деньги, я представлял себе весь тот потрясающий секс, который у меня будет с моей красивой девушкой-моделью, когда я стану богатым человеком.
Эллиот так и не осуществил свою мечту стать богатым. И у него так никогда и не было секса.
Ему даже не удалось и уже никогда не удастся поцеловать девушку. Кроме того, подавленный из-за гормональной бури, бушевавшей у него внутри, и из-за того ада, в который он был вынужден погружаться каждый день, приходя на занятия, Эллиот все больше и больше замыкался в себе. Еще до окончания обучения он почти полностью забросил учебу в средней школе Креспи Кармелит, католической школе для мальчиков в Лос-Анджелесе.
Но Эллиот не терял времени даром. День за днем, ночь за ночью он начал лихорадочно записывать все, что приходило ему в голову. Каждый раз, когда он воплощал свои мысли в виде слов, он как будто изливал на бумагу весь тот яд, который находился у него внутри. Это катарсическое упражнение вылилось в фундаментальное произведение, насчитывающее 107 000 слов, которое было написано незадолго до его нападений в Айла-Висте и отправлено по электронной почте 34 людям, включая его родителей и других родственников, некоторых бывших учителей, некоторых друзей детства и его психиатра, Чарльза Софи.
Возможно, он унаследовал писательские навыки от отца, потому что Эллиот написал не больше и не меньше пугающий манифест на 114 страницах под названием «Мой искаженный мир: история Эллиота Роджера» (