Его девять дочерей в возрасте от восьми до двадцати пяти лет были одеты в домашние розовые платья в клетку, белые чулки и туфли в стиле Мэри Джейн, тоже белые. Трое сыновей в возрасте от девяти до двадцати одного года были одеты в несколько мешковатые темные костюмы, белые рубашки и красные галстуки. На официальном видео с празднования все дети выглядели очень худыми и были одеты в одежду, которая им явно не подходила. Кроме того, их искупали, чтобы отправиться в Лас-Вегас, чего не случалось уже несколько месяцев. Двенадцать братьев и сестер Терпин, одинаково одетых, вошли в здание. Дэвид и его сыновья мужского пола направились к часовне, в то время как девять дочерей выстроились у заднего входа, за ними последовала Луиза.
Согласно своей «нестандартной» логике, Луиза и Дэвид, возможно, рассматривали свадебное видео как стимул для разработки своего проекта
Две недели спустя Дэвид и Луиза опубликовали официальное видео с записью своей свадьбы, а также несколько фотографий себя и детей с «Элвисом». «Я посмотрел твое свадебное видео, – прокомментировал один из ее друзей. – Это было здорово. Твои дети очень хорошо себя ведут. Я так горжусь вами, Луиза и Дэвид. У вас большая семья».
ДАВЛЕНИЕ ВОЗРАСТАЕТ
Дэвид позвал свою дочь Джордан в телевизионную комнату наверху. Все его братья и сестры были в своих комнатах и Луизы не было дома. Он сделал ей знак подойти к креслу, в котором он сидел, и, когда она подошла, спустил с нее брюки и усадил ее к себе на колени. Но, прежде чем он успел двинуться дальше, они услышали, как Луиза вернулась домой и поднялась по лестнице.
Джордан спрыгнула с колен своего отца и натянула брюки как раз перед тем, как вошла ее мать. Позже Дэвид приказал ей никогда никому не рассказывать о том, что произошло.
В последующие годы Дэвид продолжал свои неуместные намеки в адрес собственной дочери.
С другой стороны, поскольку Дэвид работал все больше и больше времени, Луиза была единственной, кто отвечал за наказание детей. Она давала им пощечины и избивала за малейшее нарушение их правил, регулярно приковывая цепями на длительные периоды времени «подозреваемых» в краже еды и в совершении других предполагаемых правонарушений. И она всегда следила за тем, чтобы тяжелые металлические цепи были надежно закреплены на их запястьях, чтобы они не могли соскользнуть, что привело к появлению на них больших синяков. Мать подбадривала своих любимцев (Дженнифер, Джошуа, Джулианну и Жанетту) шпионить за остальными братьями и сестрами, раздавая им подарки и другие поощрения в качестве оплаты, возможно, в попытке посеять недоверие между детьми.
Таким образом она хотела гарантировать, что они не будут объединяться все вместе против нее. Эти «коридорные смотрители», как она их называла, были единственными, кому разрешалось выходить из дома, чтобы сопровождать маму в ее походах по магазинам и в других делах.
Они также круглосуточно следили за кухней, чтобы их голодные братья и сестры не крали еду и не проникали в спальню их матери. Позже Дэвид называл этот квартет «своими настоящими детьми», поскольку они относились к ним намного лучше, чем к другим.
Джошуа смотрел телевизор со своими родителями, а у Дженнифер даже были учетные записи в социальных сетях на ее мобильном телефоне, прежде чем ее лишили лицензии за загрузку приложения, которое не одобрила ее мать. Кроме того, в этом доме дети жили замкнуто в разных комнатах. Младшие сестры: Джордан, Джулисса, Джоанна и Джолинда – жили в одной спальне. Средние сестры: Джулианна, Жанетта, Джой и Джессика – жили во второй спальне. Жанна спала в коридоре. Третью спальню в дальнем конце дома делили Дженнифер, Джошуа, Джонатан и Джеймс. У Луизы и Дэвида была главная спальня. В каждой спальне было по два комплекта двухъярусных кроватей.
На многих кроватях были замки, чтобы «подозреваемый» мог бы быть прикован цепями в качестве наказания.
Никому из братьев и сестер не разрешалось выходить из своих комнат без разрешения их матери или отца. Единственными другими комнатами в доме, в которые их пускали, были ванная комната и кухня/столовая, куда они могли войти, когда наступала их очередь принимать пищу.