Ученые скрывают? Мифы XXI века

Реакция на критику: ученый и лжеученый

Неважно, кто вы или насколько значимой считаете свою мысль, – если факты свидетельствуют против нее, она неверна.

Майкл Шермер{33}

Ошибки не есть еще лженаука. Лженаука – это непризнание ошибок.

П. Капица

В эпиграф главы я вынес классическое высказывание физика Петра Капицы. Подмечено точно. Непризнание ошибок – значит неприятие критики, верно? Сам собой возникает образ настоящего ученого, смело шагающего навстречу стрелам критики – «умру ради истины!». Лжеученые же робко прячутся в закоулках демагогии – только красные дрожащие уши торчат.

Увы, даже поверхностный анализ истории науки показывает, что реальная картина не столь красива и стройна.

Почему?

Потому что ученые – тоже люди. По большому счету критику не любит никто – ни я, ни вы. Именно умение преодолеть эту «нелюбовь», подняться над ней – ценное качество для исследователя, который стремится быть объективным.

Почему нам хочется уклониться от критики?

Рискую получить от коллег нагоняй за «биологизаторство», но мне кажется, принимать критику – это неестественно для человека. Ведь критик подвергает сомнению результат вашего труда, таким образом – пусть косвенно – посягает на ваш статус, вашу безопасность, положение в сообществе. Это – вызов! Согласиться или хотя бы принять к рассмотрению замечания в ваш адрес – значит уступить («Не мужик!», «Слабак!» – так и слышится за спиной) и потерять всякое уважение соплеменников. Перестанут бояться!

Разумеется, во дворе свои правила, а в научном сообществе – свои. Но борьба за «козырное» место в дворовой компании – в центре лавочки, в лихо заломленной кепке – ведется миллионы лет. «Научное сообщество» с его жалкими несколькими столетиями академического этикета уныло курит в сторонке.

Да, признать за оппонентом право на критику по силам далеко не каждому. Гораздо проще сделать вид, будто бы критика эта никакой ценности в ваших глазах не имеет. Ее как бы нет!

Между прочим, в некоторых случаях это лучшее решение. Посмотрим на ситуацию под другим углом. Ведь насколько разной бывает критика.

1. Критиканство. Как часто цель критика – все та же, из дворового арсенала: повышение своего статуса за счет оппонента. Сам объект критики не имеет значения, ведь это всего лишь повод. Главное же – явить восхищенной аудитории весь блеск критического ума, широкую эрудицию, искрометное (пусть сочащееся желчью) остроумие. Тратить время на знакомство с объектом критики – непозволительная расточительность для «блогера-всезнайки». О книге мы судим по обложке (дизайн за пределами добра и зла!), об авторе – по его фамилии. (Чушкин? Оно и видно, пф-ф…)

Характерный признак критиканства, отличающий его от доброжелательной критики: критиканствующий намеренно закрывает путь к диалогу. Каким образом? Самый простой способ – иронически-издевательский тон и побольше обидных эпитетов. Не нужно церемониться с критикуемым – сам подставился! Пустышка в науке, ничтожество! Если речь идет о личном письме, то расставить все точки над «i» поможет подпись: «Без уважения к таким проходимцам, как вы ты».

2. Дружеская критика, критика от своих – совсем другое дело. Это ведь как бы и не критика, а помощь, поддержка. Очевидно, что среди друзей, родных мы чувствуем себя в безопасности – наши защитные реакции спят. И те, кого мы привыкли называть лжеучеными (то есть «не признающими ошибки»), охотно, благосклонно принимают замечания, если их источник – кто-то из своего лагеря, собрат по оружию, единомышленник. Разумеется, речь идет о замечаниях, не затрагивающих сути. Даже одиозные Глеб Носовский и Анатолий Фоменко в своей работе «Империя» целую главу отвели для доброжелательной полемики с другим известным автором лженаучных книг – Мурадом Аджиевым{34}. Дружеский спор в стане фолк-хистори. Своим – можно!

3. Есть даже обслуживающая критика (термин придумал композитор Георгий Свиридов). По форме – критика, а по сути – восхваление, дифирамбы мудрости руководства, его талантам и «безупречной общественной деятельности».

Помните, у Евгения Шварца в «Голом короле»?