Удивительное путешествие доктора Дулиттла

И кто знает, какие еще беды, радости и приключения ждут их на нелегком пути к родным берегам?

А сова вдруг затянула любимую песенку попугаихи Полли. И все разом подхватили:

Пятнистые жирафикиГуляют вдоль по Африке,А толстый носорогШагает поперек.По бесконечной АфрикеГуляйте без дорогИ вдоль, и поперек.Богатая бананами,Кокосами, лианамиДалекая страна,Манит меня она.Щедрее нету Африки,Пройди хоть сто дорогИ вдоль, и поперек!

– И вдоль, и поперек, – тихо пропел Тудасюдайчик сразу обеими головами. И получилось, будто он поет хором.

Часть третьяПираты

Глава 21Паруса и крылья

Корабль «Морской лебедь» под белыми парусами скользил по бирюзовой воде в лучах раскаленного до голубизны солнца. На палубе, обдуваемые ласковым ветерком, собрались доктор Дулиттл, собачка Гав-Гав, поросенок Хрю-Хрю, сова Ух-Ух, утенок Кря-Кря и Тудасюдайчик, у которого на спине сидела Белая мышка.

Уже несколько дней плыли они по морю от острова к острову, мимо незнакомых берегов, мечтая увидеть вдали привычные очертания Британии. А пока корабль медленно огибал выступающий далеко в море мыс Барбария. Безлюдный и песчаный, он был лишь оконечностью уходящей далеко вглубь берега Великой Пустыни. Дикое, унылое это место было позабыто людьми. Редкие колючие кустики и мелкие ящерки населяли пустыню. Но именно здесь, вдали от больших городов и беспокойных морских путей, устроили тайную стоянку для своих кораблей известные по всем морям барбарийские пираты.

И сейчас в укрытой от посторонних глаз бухте стояли под парусами готовые в любой момент кинуться в погоню за случайно попавшим в эти воды кораблем их быстрые пиратские суденышки. Захваченный корабль они грабили дочиста, а пассажиров брали в плен и требовали громадный выкуп. Ничем нельзя было разжалобить этих кровожадных людей. Если у человека не было денег или родных, готовых заплатить хороший выкуп, несчастных пленников топили в море.

Вот к какому опасному месту приближался «Морской лебедь». А его пассажиры, не ведая опасности, весело беседовали и нежились на открытой освежающему ветру палубе.

– Утренняя прогулка на свежем воздухе укрепляет здоровье, – важно заявлял утенок Кря-Кря.

– И улучшает аппетит, – добавлял поросенок Хрю-Хрю, который всегда был горазд поесть.

– Никогда не мешает прочистить перышки на ветру, – вступала в разговор сова Ух-Ух, копаясь клювом в пуху под крылом.

Белая мышка перебегала от одного к другому и радостно попискивала:

– Удивительное утро! Улыбчивое! Усладительное! У-ух, у меня ушки загорели! Были белые – стали розовые!

Вдруг собачка Гав-Гав насторожилась, повела носом. Принюхалась.

– С моря идет запах жареного мяса, – сказала она.

Доктор Дулиттл, сидевший в шезлонге с газетой, поднял голову и рассмеялся:

– Кто же, по-твоему, в открытом море жарит мясо? Может быть, кит на волнах сковородку греет?

Но собачка Гав-Гав продолжала принюхиваться.

– А теперь пахнет перцем. Апчхи! Кто-то перчит жареное мясо.

– А еще в море солью пахнет, – хихикнула сова Ух-Ух. – Это и я знаю, хоть нюх у меня не такой, как у тебя.

Но собачка Гав-Гав снова повела носом и сказала:

– Теперь пахнет порохом.

Не успела она это договорить, как до них донесся звук выстрела, потом свист, и круглое ядро упало в воду у борта «Морского лебедя» и с шипением утонуло. Вслед за непонятным ядром на горизонте появился парус. Он быстро приближался. Вот уже виден и корабль. Под черным как ночь парусом он стремительно резал носом волны. Сердитые пенные буруны вились по его бортам.

– Черный парус? – задумался доктор Дулиттл. – Не барбарийские ли пираты гонятся за нами? – И он приказал: – Поднять все паруса!

Корабль доктора Дулиттла мгновенно оделся в паруса и стал похож на барышню в бальном наряде. И легко заскользил по волнам, словно бойкий танцор по натертому паркету. Ветер заиграл, засвистел, надувая один парус за другим. И вот уже гудят под ветром паруса, несется безудержно корабль. Но не может он уйти от быстроходного пиратского судна. Неумолимо приближается оно с каждой минутой. Уже можно различить свирепые лица людей, стоящих у борта.

– Один, два, три, четыре… – начала считать сова Ух-Ух. – Шесть человек! Ух!..

– У них в руках сабли и пистолеты! – воскликнул утенок Кря-Кря.

– У них закрученные страшные усы, как рога у черного буйвола! – ахнул Тудасюдайчик.

– У них глаза горят злобой, будто угли в костре, – заметил поросенок Хрю-Хрю.

А собачка Гав-Гав повела носом и чихнула:

– От них пахнет перцем, порохом и ужасными мыслями!

Доктор Дулиттл поначалу растерялся. Но звери смотрели на него с такой верой, с такой надеждой, что не мог он, не имел права испугаться, сдаться в плен страху, а значит, и пиратам. Недолго размышлял доктор Дулиттл. Он сложил руки рупором и крикнул:

– Лac-точ-ки!