Украина против Донбасса. Война идентичностей

Guerra. Что приходит вам на ум, когда вы слышите это слово? Если вы не знаете, что означает это слово в переводе с испанского, конечно, звучит немного завораживающе. А если услышите πόλεμος или válka, sota, urush, рат? Эти слова нам ни о чем не говорят, если мы не полиглоты. В русском языке они имеют одно значение – война. В школе мне очень нравилось изучать историю войн; когда я читал длинные параграфы о войнах между афинянами и спартанцами, персами и греческими городами-государствами, перед моими глазами проносились войска в красивом обмундировании, с расписными щитами и острыми мечами; предо мной проходило войско Александра Македонского, восседая на лошадях и слонах; замерзшие французы, которые кутались в теплые одежды, думая, как им могло быть тогда хорошо где-нибудь в уютном брассери в Париже, а не посреди заснеженного поля в России. Все это выглядело романтично и как-то даже сказочно. Великая Отечественная война уже не вызывала никакой романтики – танки, взрывы, разорванные тела, миллионы убитых, сожженные и разрушенные города и села. Сложно было понять почему – то ли война стала слишком ужасной, то ли она в какой-то степени касалась меня тоже, поскольку в Советском Союзе не было ни одной семьи, кого бы не коснулись события сороковых годов прошлого столетия.

Если вы знаете о войне только из рассказов своих бабушек и дедушек или читали о ней в книгах, вам повезло. А что такое война на самом деле? Николай Чуксин в своей книге «Косово глазами постороннего», на мой взгляд, дал самое емкое описание войны без прикрас: «война – это визг перепуганных насмерть детей, это сладкая вонь гниющих трупов и горький запах кордита, это собаки, лижущие бурые слегка застывшие лужи крови около скрюченных тел, это ужас, пропитавший сам воздух и проникающий в самую сердцевину вашего спинного мозга. Это липкая и несмываемая грязь – на теле и на душе».

Когда я смотрел очередной выпуск новостей с сообщениями из Югославии, на экране мелькали репортажи с колоннами беженцев. Кем они были для меня и для многих миллионов людей, которые смотрели эти репортажи? Это прозвучит, возможно, цинично, но это был лишь выпуск новостей; эти люди, которые лишились своей нормальной жизни, были всего лишь новостью, о которой все забывали, как только заканчивалась информационная передача. Не знаю почему, но тогда, в далеком 1992 г., из репортажей мне в память врезалось название только одного города – Баня-Лука. Возможно, потому что немного забавное название для нас, русскоязычных, а возможно, просто оно часто мелькало в репортажах. Потом агрессия против Багдада, затем длительные переговоры по Косово и Метохии и 24 марта 1999 г. – эта дата начала моей ненависти и презрения к государству под названием США, поистине сатанинскому, которое ничего, кроме страданий, не может дать остальному миру.

Никогда не думал, что это произойдет со мной, но теперь я – тоже беженец. Звучит, если честно, неприятно, как будто я что-то украл или опустился на самое дно. Я теперь тоже обычная новость для кого-то, кто забудет обо мне после окончания блока новостей; хотя нет, это раньше мы смотрели новости, сейчас мы пролистываем новостные заголовки в Телеграм-канале, поэтому я – обычный заголовок, который пролистывают и забывают через несколько мгновений. Ни в коем случае не подумайте, что я жалуюсь; нет, напротив, все эти события сделали меня сильнее, как бы банально это ни звучало, главное – изменило отношение к жизни, теперь я знаю, что жизнь может закончиться в любой момент и ты не знаешь, когда это произойдет – когда ты будешь спать в подвале и прилетит снаряд, когда ты пойдешь на поиски воды и прилетит мина, а может, ты выйдешь, чтобы вылить ведро с мочой и тебя «снимет» снайпер. Вот последнее – это самое неприятное – умереть с ведром, приспособленным под туалет. И в данный момент не имеет никакого значения, кем ты был до этой ситуации, сколько у тебя было денег и как часто ты отдыхал за границей; для мины или снаряда, выпущенных с другой стороны, не имеет никакого значения, главное – кем ты стал после всего этого, чему ты научился и что ты теперь можешь дать обществу, для которого ты так и останешься – заголовком в Телеграм-канале.

Вы никогда не обращали внимание на людей, которые проходят мимо вас, стоят с вами в очереди, едут в общественном транспорте? Кто-то из них может быть беженцем, просто он растворяется в толпе и пытается решить свои проблемы сам; он ничего не просит, он просто хочет снова вернуться к своей старой жизни, которой уже нет.