Укриана. Фантом на русском поле

Новая историософия расцветает на Укриане пышным укропом. Что сказать на сей счет? «Если национальная история становится плодом кабинетных усилий и растиражирована беллетристической литературой, это значит, что этнос закончил свой исторический путь и его история из области жизни уходит в область воспоминаний, быстро теряющих связь с повседневностью, теряющих свою актуальность для народа и индивидуума. Дальше этнос неминуемо уходит с исторической арены». [42, с. 111].

Да, наркотическая подпитка исчерпывается, эйфория улетучивается, символы приедаются. Где взять силы, если подрублены настоящие, живые корни?

«…Как сеют мак? Вот и этак вот и так…» Уж не опийный ли мак-то? Знакомые студенты из Белоруссии, которые рискнули как-то завернуть на майдан, рассказывали мне, как там пытались их угостить: «Подходите, хлопцы, подходите! Покушайте!» Из дымящегося котла запах доносится какой-то странный. Не то, чтобы очень противный, но… Не пахнет так борщ! Не стали есть его, и — слава Богу. Потом сами с удивлением отметили: те, кто питается здесь, ведут себя явно неадекватно. Что ни встречный — то глаза вразбег, бормотание под нос и неожиданно вспыхивающая агрессия… А какое-то время спустя возвращается такой хлопец в родной Тернополь, и что-то не можется ему. Идёт к врачу. А тот спрашивает: «Давно с «дури» слез?» «Да я в жизни не баловался!» — изумляется активист… Баловался, баловался, дурачок! Известно уже немало странных смертей участников майдана.

Публицист Андрей Ваджра цитирует врача одной из киевских больниц, у которого проходил обследование некий «полевой командир майдана». У него оказался полный клинический набор хронического наркомана, от серьёзного нарушения проходимости вен до гепатита. При этом в укрианских силовых структурах знают, что «экс-боксёр» Кличко-Этинзон под видом спортивных препаратов мешками возил на «майдан» боевые психостимуляторы армии США (входят в аптечки спецподразделений).

Такие наркотические препараты дают не только повышение чувства уверенности, но и лишают потребности в отдыхе и сне. При больших дозах наступает психическое возбуждение, а активное бодрствование может продолжаться до трёх суток. От их долгого применения начинаются психозы. Они часто сопровождаются галлюцинациями и бредом, которые вызывают крайнюю степень агрессии.

Ещё в конце зимы 2014 года Кирилл Мямлин отмечал: «Психотропные аппараты могли поступать и из Израиля, откуда главный раввин Киева призвал 300 бойцов, ставших «одними из главных в сложной системе самообороны Майдана и баррикад на Грушевского».

Оказывается, израильтяне широко используют гамма-гидро-ксибутират (GHB): синтетический депрессант, по действию сходный с алкоголем, вызывающий спутанность сознания и кратковременную потерю памяти. Он не имеет цвета, вкуса и запаха, что позволяет легко подмешать его в напиток жертвы. Применяется также сходный с ним флунитразепам (лекарственный препарат «Рогинпол»), который в комбинации с алкоголем или опиатами может привести к провалам в памяти. Благодаря таким эффектам, «Рогинпол» снискал себе славу «наркотика изнасилования». Подвергшись воздействию препарата, жертвы изнасилования и других противоправных актов, как правило, не могут вспомнить деталей происшедшего». Вот и участники евромайдана, сделавшие своё дело, теперь не могут вспомнить, как их сознание и воля были изнасилованы какими-то «специалистами», некоторые из которых говорили с явным акцентом.

Жалко парней, искренне считавших, что борются с несправедливостью и погибших на майдане по сути за приход Порошенко! Теперь их пафосно называют «небесной сотней». В киевском Андреевском соборе, принадлежащем греко-католикам повесили их портреты. Рядом с иконами. Болезненный культ создается больным обществом! Кстати, среди погибших на Майдане числится и некий человек с Волыни — то ли повесившийся, то ли повешенный прямо на Рождественской ёлке.

Так что если алый мак и является символом победы, то — победы не геройской, а героиновой. (11).