«Умрем же под Москвой!» Свастика над Кремлем

С большим трудом Хуссейни сумел добраться до Берлина и там нашел людей, которые смогли организовать ему встречу с фюрером. При этом Гитлера убедили в том, что эль-Хуссейни не был арабом, чего тот ему бы никогда не простил, а что это не кто иной, как черкес, а следовательно – ариец! «Вследствие действия закона Менделя, черкесская кровь стала преобладать в его семье, с чем связана его столь последовательная борьба против англичан и евреев, – объяснили Гитлеру специально приглашенные профессора – специалисты по расовой теории. – Более того, наличие в нем кавказской или арийской крови позволяет ожидать от муфтия той верности союзу с Германией, на которую был бы не способен ни один чистокровный араб».

Фюрер поговорил с муфтием и позднее несколько раз заявлял, что тот имеет исключительный ум, который делает его практически равным японцам, что в устах человека, написавшего «Майн кампф», звучало как похвала. Однако он ничего конкретного ему не обещал. Помочь арабам освободиться от еврейской нации? Да, конечно, для этого будет сделано все необходимое, однако немного позднее, а не прямо сейчас. Когда немецкие войска возьмут Тбилиси, объяснил муфтию фюрер, вот только тогда и не раньше наступит время, вернее, «придет час» освобождения арабов. Добровольческий «Немецко-арабский легион» сейчас формируется на Украине и будет переброшен сюда сразу же, как только германские войска перевалят через Кавказский хребет, а главное – когда они возьмут Баку и выйдут к Тегерану. Естественно, что к этому легиону примкнут тысячи арабов и он превратится в могучую армию арабского освобождения. Для муфтия это была захватывающая перспектива, однако он все же предложил использовать их в Египте, а когда Гитлер ему в этом отказал, отправился к Роммелю, чтобы уговорить его лично походатайствовать об этом его предложении в Ставке.

Роммелю муфтий совсем не понравился. Тем более что у него хватало и своих проблем. Дело в том, что британцы, отступая из Александрии, затопили на фарватере несколько старых судов, набив предварительно их трюмы песком и камнями. Теперь из-за этого пользоваться портом было нельзя, а Порт-Саид подвергался непрерывным атакам английской авиации и тоже не мог функционировать в этом качестве.

В результате танкеры с топливом для танков и самолетов приходилось разгружать в Бенгази и Тобруке и уже оттуда на автомобилях везти вдоль всего побережья в Египет. По дороге они постоянно подвергались атакам английских самолетов «Харрикейн» и «Спитфайр» и несли большие потери. Правда, англичане смогли прислать сюда лишь устаревшие самолеты, которые раньше использовались в ПВО Британских островов и потому вооружались только пулеметами винтовочного калибра в количестве шести и восьми соответственно. Однако для старых итальянских и египетских развалюх, которые, по мнению Роммеля, причислять к автомобилям можно было лишь в шутку, и этого было более чем достаточно. «Будет очень смешно, – заявил Роммель своему начальнику штаба, – если мы не доберемся до нефтяных месторождений только потому, что по дороге к ним растеряем всю свою нефть!»

Танков у него было еще довольно много – около 400, но не хватало запчастей для ремонта, а главное, вся эта масса в основном состояла из старых машин, оснащенных 50-мм и 75-мм короткоствольными орудиями. Новых танков с длинноствольными пушками этих же калибров у него было совсем мало, поскольку начавшееся наступление на Восточном фронте поглощало сейчас практически все, что успевала производить германская промышленность.

Пришлось Роммелю лететь к Гитлеру и лично просить у него пополнений, однако в ответ на все свои просьбы он ничего не получил. Фюрер воспользовался случаем, чтобы вручить ему маршальский жезл, и… отправил его обратно в Египет. Единственным утешением для новоиспеченного фельдмаршала стала поистине волшебная неделя, проведенная им со своей Люси в их милом, старом доме в Хеерлингене.

Вернувшись в свой штаб в Тель-эль-Кебире в середине июля, он обнаружил, что перед ним, так же как и перед его фюрером, предыдущий успех поставил много новых, причем весьма труднорешаемых задач. Гитлер, например, потребовал, чтобы он поскорее захватил Багдад и тем лишил англичан поставок нефти с Ближнего Востока. Однако до Багдада было примерно столько же, сколько он уже прошел по земле Северной Африки, причем прошел не за один год и прошел с тяжелыми боями. А теперь от него требовали проделать все то же самое, имея в наличии всего лишь 400 не самых новых и лучших танков, да еще в условиях постоянно растущего сопротивления врага. Конечно, можно было вторгнуться в Палестину и уже оттуда идти на Багдад вдоль железной дороги. Но тогда вначале нужно было захватить Кипр, где находились базы британской авиации, а для этого ему бы вновь понадобился генерал Штудент и его парашютисты, а также помощь итальянского флота. Но Штудент отбыл на Восточный фронт, и вытребовать назад его было нельзя, а значит, во всем следовало полагаться только лишь на свои собственные силы.