Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

И. Богданов

Серия: Культура повседневности

© «Новое литературное обозрение», 2007

ПРЕДИСЛОВИЕ

Теперь же скажу несколько слов об отхожем месте.

А. П. Чехов. «Остров Сахалин»

Есть тема, о которой публично говорить не принято, хотя она все настойчивее заявляет о себе в прессе, в прозе, поэзии и в кино. Да-да, речь идет о туалетах, об отправлении естественных надобностей. В нашем обществе эту тему до исторического периода, известного под названием «перестройка», старались обходить стыдливым молчанием, всенародно почитая неприличной. А потом пошло- поехало. В 1991 году была создана, а вскоре и напечатана поэма Тимура Кибирова «Сортиры» объемом более чем в восемьсот строк (событие немыслимое для доперестроечных лет, ибо до этого времени появлялись только анонимные надписи в одну-две строки на стенах сортиров же, тогда как 6 самих сортирах не писали, тем более не писали поэм). Во МХАТе сегодня с успехом идет спектакль «Нули» чешского драматурга Павла Когоута. Действие пьесы происходит в общественном туалете. Главный герой, не желающий принимать участия в социальных и политических передрягах, находит себе место смотрителя общественного туалета. Так в недавнем прошлом русские нонконформисты-интеллигенты работали истопниками, смотрителями на складах и т. д.

В Кремле еще в прошлом веке, в 1999 году, родилось выражение «мочить в сортире» (т. е. по сути предлагалось сделать туалет театром военных действий против терроризма), а сегодняшние газеты, сообщая читателям о каком-либо праздничном мероприятии, прежде всего стали обращать большее внимание на степень обеспечения или, напротив, не обеспечения собравшихся туалетами, чем на программу праздника. И в кино нынче редко увидишь фильм без сцены в туалете.

Между тем туалеты появились отнюдь не с перестройкой. Во-первых, они — часть истории цивилизации, а значит, заслуживают того, чтобы стать, наконец, предметом изучения (тем более что, как справедливо пишет в своей поэме Кибиров, «все остальные области воспеты// на все лады возможные»), а во-вторых, эта тема весьма актуальна и в наши дни и напоминает о себе всем нам не по одному разу в день, а то и ночью. Молчать больше нельзя! Да и стыдиться нечего. Все там будем. И не раз.

Туалет первобытного человека состоял, по предположениям пытливых историков, наделенных рациональным воображением, из двух дубин: на одну он вешал шкуру, которой прикрывался во все остальное время, а другой отгонял волков. Этот примитивный туалет дал жизнь выражению: «ходить до ветру», существующему поныне. Уже потом эти слова произнес дед Щукарь, увековеченный М. А. Шолоховым, а потом так стали говорить и некоторые из тех, кому посчастливилось жить в эпоху стационарных туалетов.