Читаем Униженные и оскорбленные полностью

Антрепренер – предприниматель; здесь: издатель.

…машерочек нет ли? (от фр. ma chere) – моя дорогая.

Пенаты – домашние боги у древних римлян, покровители дома и семьи. Выражение «вернуться к своим пенатам» означает «вернуться к себе домой».

…а с киксом… – Кикс (от англ. kick – удар) – здесь: совершенство.

Часть третья

С. 237

Томпаковый. –

Томпак – сплав меди с цинком.

Я и употребил стратагему. – Стратагема – термин, означавший проявление изобретательности при ведении военных действий с целью обмана противника.

У вас там теперь все нищета, потерянные шинели, ревизоры, задорные офицеры, чиновники, старые годы и раскольничий быт… – Потерянные шинели – имеется в виду повесть «Шинель» (1842) Гоголя; ревизоры, задорные офицеры, раскольничий быт – персонажи и темы «Губернских очерков» (1857) Салтыкова-Щедрина; «Старые годы» – повесть Мельникова-Печерского.

Тон полишинеля – шутовской тон. Полишинель (от ит. Pulcinella – цыпленочек) – персонаж кукольного народного театра, остряк и весельчак.

Конфидент – человек, которому доверены какие-либо тайны.

Абесса – настоятельница католического монастыря.

Маркиз де Сад – литературное имя графа Донасьена де Сада (1740–1814), французского писателя, автора эротических романов. От его фамилии происходит слово «садизм» – желание причинить боль своему партнеру.

Талейран – Перигор Шарль Морис (1754–1838), французский дипломат, беспринципный политик, мастер тонкой дипломатической игры.

Часть четвертая

С. 344

Шлафрок – домашний халат.

Декокт – лекарство.

Эпилог

С. 428

Виланд Кристоф Мартин (1733–1813) – немецкий писатель, один из предшественников немецкого романтизма.

Перейти на страницу:

Все книги серии Школьная библиотека (Детская литература)

Возмездие
Возмездие

Музыка Блока, родившаяся на рубеже двух эпох, вобрала в себя и приятие страшного мира с его мученьями и гибелью, и зачарованность странным миром, «закутанным в цветной туман». С нею явились неизбывная отзывчивость и небывалая ответственность поэта, восприимчивость к мировой боли, предвосхищение катастрофы, предчувствие неизбежного возмездия. Александр Блок — откровение для многих читательских поколений.«Самое удобное измерять наш символизм градусами поэзии Блока. Это живая ртуть, у него и тепло и холодно, а там всегда жарко. Блок развивался нормально — из мальчика, начитавшегося Соловьева и Фета, он стал русским романтиком, умудренным германскими и английскими братьями, и, наконец, русским поэтом, который осуществил заветную мечту Пушкина — в просвещении стать с веком наравне.Блоком мы измеряли прошлое, как землемер разграфляет тонкой сеткой на участки необозримые поля. Через Блока мы видели и Пушкина, и Гете, и Боратынского, и Новалиса, но в новом порядке, ибо все они предстали нам как притоки несущейся вдаль русской поэзии, единой и не оскудевающей в вечном движении.»Осип Мандельштам

Александр Александрович Блок , Александр Блок

Кино / Проза / Русская классическая проза / Прочее / Современная проза

Похожие книги

Отверженные
Отверженные

Великий французский писатель Виктор Гюго — один из самых ярких представителей прогрессивно-романтической литературы XIX века. Вот уже более ста лет во всем мире зачитываются его блестящими романами, со сцен театров не сходят его драмы. В данном томе представлен один из лучших романов Гюго — «Отверженные». Это громадная эпопея, представляющая целую энциклопедию французской жизни начала XIX века. Сюжет романа чрезвычайно увлекателен, судьбы его героев удивительно связаны между собой неожиданными и таинственными узами. Его основная идея — это путь от зла к добру, моральное совершенствование как средство преобразования жизни.Перевод под редакцией Анатолия Корнелиевича Виноградова (1931).

Виктор Гюго , Джордж Оливер Смит , Лаванда Риз , Оксана Сергеевна Головина , Марина Колесова , Вячеслав Александрович Егоров

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХIX века / Историческая литература / Образование и наука
Король англосаксов
Король англосаксов

«Май 1052 года отличался хорошей погодой. Немногие юноши и девушки проспали утро первого дня этого месяца: еще задолго до восхода солнца кинулись они в луга и леса, чтобы нарвать цветов и нарубить березок. В то время возле деревни Шеринг и за торнейским островом (на котором только что строился вестминстерский дворец) находилось много сочных лугов, а по сторонам большой кентской дороги, над рвами, прорезавшими эту местность во всех направлениях, шумели густые леса, которые в этот день оглашались звуками рожков и флейт, смехом, песнями и треском падавших под ударами топора молодых берез.Сколько прелестных лиц наклонялось в это утро к свежей зеленой траве, чтобы умыться майскою росою. Нагрузив телеги своею добычею и украсив рога волов, запряженных вместо лошадей, цветочными гирляндами, громадная процессия направилась обратно в город…»

Эдвард Джордж Бульвер-Литтон

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХIX века