Граф, генерал-адъютант Александр Матвеевич Дмитриев-Мамонов (1758–1803) был сыном сенатора, получил домашнее образование, поступил на службу в гвардию, в 28 лет стал поручиком и адъютантом при светлейшем князе Г.А. Потемкине. В 1786 г. по рекомендации 47-летнего Потемкина 57-летняя Екатерина II назначила 28-летнего Дмитриева-Мамонова флигель-адъютантом при своей особе, сделала его графом. Дмитриев-Мамонов знал о плодоносных возможностях своего «случая» и тех, кто уже получил до него многое, пребывая в подобном положении, взамен на интимные услуги стареющей императрице. Он был моложе ее на 29 лет. Она заметила его любовь к деньгам, бриллиантам, мечту увеличить его не слишком большое состояние, число душ крепостных, земельные владения; используя его алчность, она старалась привязать его к себе. Дмитриев-Мамонов получил от нее большие денежные средства, сверхдорогие подарки, землю, крепостных, другое ценное имущество, стал при дворе особо влиятельной личностью, сделал яркую карьеру из-за «случая», тянувшегося почти 3 года (1786–1789). Он отличался умом, познаниями в литературе, искусстве, много читал, но имел непреодолимую сильную тягу к деньгам и драгоценным камням, особенно бриллиантам, был алчен и скуп. Однако он был предан императрице, не злоупотреблял влиянием на нее, тяготился ее ревностью и своим положением при дворе, со временем стал менее ревностно исполнять обязанности фаворита императрицы. Заметив его охлаждение к ней, она предложила ему «отойти с почетом» и при ее содействии жениться почти на его ровеснице, богатейшей графине Брюс. А он сознался, что уже 2 года влюблен в молоденькую княжну Д.Ф. Щербатову (1762–1801); это означало, что он 2 года обманывал императрицу как женщину, тогда как ее привязанность к нему только возрастала. Екатерина II, узнав о его тайном романе с 16-летней фрейлиной Щербатовой, устроила их свадьбу, сделала молодоженам щедрые дорогие подарки и отправила жить в Москву. Но без двора и многочисленных материальных жестов внимания императрицы к нему, без преклонения перед ним царедворцев ему стало скучно, он пожалел о своей женитьбе, стал проситься назад к императрице в Петербург, выражал готовность оставить для этого жену и сына, но каждый раз получал отказ. Екатерина II объяснила ситуацию просто: «…он не может быть счастлив: разница – ходить с кем-нибудь по саду и видеться на четверть часа или жить вместе». В Москве Дмитриев-Мамонов постоянно болел, впадал в депрессию, изводил свою жену. Но он, несмотря на его прогрессирующую психическую болезнь, оставался рачительным хозяином своего состояния, имений. Экономия и разумное хозяйствование были главной чертой в развитии усадьбы Дубровицы, пока он был ее владельцем. Дмитриев-Мамонов умер в 45 лет, двумя годами раньше, не вынеся его унижений и деспотизма, умерла его 39-летняя жена. Главным наследником Дмитриева-Мамонова стал его сын – граф М.А. Дмитриев-Мамонов (которому в год смерти отца было всего 13 лет), другой наследницей была его дочь графиня Мария.
Граф Матвей Александрович Дмитриев-Мамонов (1790–1863) получил образование (после смерти его родителей) в иезуитском пансионе во Франции, в 19 лет он был пожалован в камер-юнкеры, в 20 лет стал советником Московского губернского правления, затем – обер-прокурором Московского департамента Сената. В годы молодости он славился своей красотой, стройностью, высоким ростом, но чрезмерно стремился казаться важным и очень гордым. В период Отечественной войны 1812 г. он сформировал на свои средства очень хорошо экипированный конный полк из добровольцев, названный Московский казачий графа Дмитриева-Мамонова полк. Сам М.А. Дмитриев-Мамонов храбро сражался в рядах ополчения на Бородинском поле, отличился в боях под Тарутино и Малоярославцем, был награжден и произведен в 23 года в генерал-майоры. Его чрезмерные гордость и самовлюбленность (как разновидность эгоизма) делали его плохим подчиненным, ведь и у него было более высокое военное начальство. В 26 лет он взял отпуск якобы для лечения и уехал за границу, а в 29 лет – ушел в отставку. В финансовом плане он был человеком абсолютно независимым. Благодаря колоссальным средствам, которые его отец (фаворит императрицы Екатерины II) успел скопить, М.А. Дмитриев-Мамонов по состоянию равнялся с богатейшими людьми страны. У него было до 15 тыс. душ крестьян, 90 тыс. десятин земли, значительные денежные средства, но он обладал болезненным самолюбием и редчайшими гордыней и надменностью.