Утонуть в крови: вся трилогия о Батыевом нашествии

— Орда татарская к землям нашим подвалила, так Юрий Игоревич рассылает гонцов к соседним князьям, уповая на их помощь, — сказал Родион, поправляя шапку на голове. — Мне велено добраться до Чернигова, передать грамотку тамошнему князю и призвать домой Ингваря Игоревича, который пребывает с дружиной в Чернигове и не ведает о напасти татарской. Князь повелел мне скакать без передышки, лучшего коня мне дали. Однако при любой спешке путь до Чернигова займет дней шесть, не меньше. А обратный путь будет еще более долгим, ибо обратно я с воинством Ингваря Игоревича проследую.

— Стало быть, долго не увидимся, — с грустной улыбкой обронила Пребрана, уткнувшись лицом в широкую грудь Родиона.

— Я буду думать о тебе в дороге и там, в Чернигове, горлица моя, — ласково проговорил Родион, мягко обняв Пребрану за плечи. — Вот увидишь, разлука мигом пролетит!

— Ты успел поговорить с отцом-матерью о… нашей свадьбе? — Пребрана заглянула в глаза Родиону.

— Успел, но лишь с матерью, а с отцом поговорю после возвращения из Чернигова, — ответил Родион. — Матушка одобрила мой выбор.

— Я тоже буду вспоминать тебя каждый день, — с улыбкой сказала Пребрана, хотя на душе у нее было горько.

Ее рука заботливо поправляла отвороты Родионова полушубка.

Родион потянулся губами к устам Пребраны. Она с готовностью отдалась его поцелую.

Их страстные лобзания прервала стая голубей, прилетевшая из-за бревенчатой монастырской стены на крышу часовни.

Родион поднял голову и пронзительно свистнул.

Голубиная стая, хлопая крыльями и распушив хвосты, взмыла высоко вверх сизо-белым облаком. Описывая круг в небесной синеве, голуби стремительно летели над заснеженными крышами домов и куполами церквей.

— Эх, мне бы их крылья! — мечтательно произнес Родион. — Я живо слетал бы до Чернигова и обратно!

* * *

Родион не сказал всей правды Пребране, не желая расстраивать ее в миг разлуки. У него накануне состоялся разговор с отцом о засылке сватов в дом отца Пребраны.

Однако боярин Твердислав выступил резко против женитьбы сына на простолюдинке.

— Ты бы еще на дворовой девке жениться надумал, сын мой! — негодовал Твердислав. — Вот к чему привели все эти хороводы и прыганья через костер по вечерам! Иль боярских дочерей вокруг мало, что ты таращишь глаза на девок безродных, у коих из приданого лишь сарафан да лента?

Мать Родиона, неплохо знавшая Пребрану, попробовала было заступиться за нее:

— Отец Пребраны не из бедных, он приданое за дочерью дать может.

— Да что он может?! — скривился Твердислав. — Иль не ведомо мне, чем он занимается! Небось игрушек настругает полный короб, вот и все приданое, прости, Господи!

— Я на Пребране не из-за приданого жениться хочу, — нахмурившись, промолвил Родион. — Люба она мне.

— Коль люба, значит, обождешь год-другой, — властно сказал сыну Твердислав. — Я в твои годы тоже быстро влюблялся, но и остывал вовремя.

Твердислав многозначительно постучал костяшками пальцев по лбу сына:

— А ты, дурень, сразу жениться!

Утешением Родиону было лишь то, что мать в этом деле была на его стороне. Пребрана ей очень нравилась. Боярыня Феофания сразу распознала своим женским оком, что красивая и статная Пребрана, с широкими бедрами и налитой грудью, может нарожать красивых и крепких деток. Да и почтения от невестки-простолюдинки к имовитой свекрови будет больше, нежели от иной избалованной боярышни.

Поэтому Феофания незаметно шепнула сыну, чтобы он не вешал нос и не порывал отношений с Пребраной. Мол, она придумает, как заставить боярина Твердислава изменить свое отношение к возлюбленной Родиона.

Глава четырнадцатаяЗамысел Юрия Игоревича

По возвращении из Нузы Юрий Игоревич вновь собрал всех князей на совет. На этот раз княжеское собрание было более многочисленное, поскольку в Рязань прибыли из дальних приокских городов сыновья Ингваря Игоревича. Из Коломны приехал Роман Ингваревич, а из Ростиславля и Перевитска — Глеб и Олег Ингваревичи. Из Михайловска прибыл Кир Михайлович, младший брат пронского князя. Из Ольгова приехал Давыд Юрьевич.

Поначалу князья, обсуждая условия Батыя, подбадривали друг друга смелыми речами. Мол, татары такие же степняки, как и половцы, чего их страшиться? Против объединенных русских ратей половцы даже в большом числе никогда выстоять не могли, не устоят и татары.

Однако воинственный пыл рязанских князей разом поостыл, когда рязанский гонец привез ответ от суздальского князя.

Послание князя Георгия было устным.

— Князь Георгий велит рязанским князьям крепко стоять против татар, — сказал гонец. — Подмога от него не замедлит подойти, как только суздальская рать возвратится из Киева.

В гриднице повисла долгая, гнетущая пауза.

— В зимнюю-то пору суздальская рать из Киева до Владимира два месяца добираться будет, — проворчал Всеволод Михайлович, нарушив тягостное молчание собравшихся князей.

— Что делать будем, други? — обратился к собравшимся Юрий Игоревич, жестом руки повелев гонцу удалиться.