В голове убийцы. Наводящие ужас и вызывающие любопытство мотивы и мысли маньяков

• Намерение обвинить третьих лиц в совершении преступления.

• Мошенничество в отношении страховой компании.

• Инсценировка скоропостижной смерти в корыстных интересах, например для распределения наследства.

• Защита репутации и достоинства жертвы.

Хейзелвуд и Напьер отмечают, что мотивации преступника, подталкивающие его к изменению места преступления, включают: а) жадность (например, в случае убийства, представленного как самоубийство для получения наследства); б) гнев или месть; в) привлечение внимания (например, случай связи по обоюдному согласию, где женщина впоследствии заявляет, что стала жертвой сексуального насилия)[437].

Преступник создает ложные ситуации, например, для того, чтобы скрыть истинную мотивацию преступления. В качестве примера можно привести случай, описанный в главе 38, где убийство было представлено как самоубийство, чтобы виновник остался безнаказанным[438]

.

Жертва также может выступать инициатором фальсификации сцены преступления. Например, человек совершает суицид, но организует сцену так, чтобы все указывало на убийство. В 2008 году в штате Нью-Мексико (США) так поступил Томас Хикман. Он был найден мертвым на полу с отверстием от пули в затылке и заклеенным скотчем ртом. Все указывало на насильственную смерть от руки другого человека, но следователи обнаружили недалеко от тела несколько воздушных шаров, запутавшихся в кактусах, и привязанный к их веревкам пистолет. Позже были выявлены и другие улики: отсутствие следов борьбы на месте происшествия и чек, подтверждающий покупку воздушных шаров и пистолета. Решающим доказательством инсценировки стал тот факт, что жизнь Хикмана была застрахована на 400 000 долларов, однако в случае неестественной смерти его вдова получила бы вдвое большую сумму[439].

В некоторых случаях семья ради сохранения репутации самоубийцы стремится изменить место, где человек покончил с собой, таким образом, чтобы происшествие выглядело как несчастный случай.

Психолог-криминалист рассматривает инсценировку на месте преступления как своего рода ребус, поскольку она содержит зашифрованные подсказки к образу мыслей преступника. Пытаясь имитировать то, чего на самом деле не существует, он невольно проговаривается[440]. По мнению Геберта, самый распространенный тип фальсификации (стейджинга) – инсценировка самоубийства или несчастного случая для того, чтобы скрыть следы преступления.

Профайлер с опытом всегда обнаружит на месте тревожные красные флажки, указывающие на то, что видимая сцена преступления может быть сымитирована[441].

Джон Дуглас

Ритуальная сцена, или Fantasy act

Картина места преступления имеет для самого преступника особый смысл. Можно сказать, что эта сцена представляет собой зашифрованное послание, которое агрессор оставляет полиции или кому бы то ни было. Интерпретация такого рода сообщений может быть медленной и сложной, так как нужно дешифровать все элементы и символику, заложенную в них. В этом типе инсценировки изменения элементов на месте преступления или положения тела (body posing) направлены не на запутывание следов или создание трудностей для расследования: как правило, они отражают наиболее интимные фантазии автора криминального акта. Здесь можно говорить о преступнике как о режиссере ритуальной мизансцены. Таким образом, все составляющие этой «композиции» будут непосредственно связаны с подписью убийцы и укажут на поведенческие признаки, определяющие психологические и эмоциональные потребности конкретного человека. Рассел и другие исследователи отмечают, что «по личным или эмоциональным причинам преступник переносит аспекты своего психического состояния на место преступления»[442].

Инсценировка может иметь самостоятельное значение как способ удовлетворения личных потребностей преступника. Или же она адресуется свидетелям или следователям, выступая в качестве зашифрованного сообщения: рискуя таким образом, преступник придает своим эмоциям дополнительную остроту.

Согласно Ченселлор и Грэм, мы можем различать несколько сценариев в зависимости от того, с какими элементами они связаны: действиями, совершенными в ходе преступления, расположением тела жертвы или символикой совершаемых действий[443].