В гостях у Снежной Королевы

Так. Что делать? В милицию обращаться? Тут я вспомнила ночной разговор и поняла, что это бесполезно. Да и потом вряд ли у них есть специалисты по похищениям. Пока разберутся что к чему, будет слишком поздно. А если ошибок наделают… Нет. Милиция отпадает.

Господи, ну где же денег столько взять? Эх! Тут я поняла, что как ни крути, а придётся звонить Мише. Я включила мобильник и вызвала абонента, ёмко обозначенного – «Циклоп».

Он откликнулся тут же, словно держал трубку наготове:

– Валерия Михайловна! Вы почему отключили трубку? Я уже начал беспокоиться! Вы не обижайтесь за утренний базар… Короче, виноват. Как там ваш муж, объявился?

– Нет, – пожаловалась я. – Зато объявились похитители. Они требуют послезавтра сто тысяч долларов или грозятся убить Сергея.

Тут я против воли шмыгнула носом.

– Понятно, – отозвался Миша. – А подробней по теме?

– Сказали, чтобы я друзьям позвонила, а они бы переслали требуемую сумму завтрашним поездом сюда. Тогда похитители со мной снова свяжутся. Миша, это серьёзно? – спросила я.

– Вполне. Отморозков сейчас хватает. Ладно, мне надо подумать, я перезвоню через полчаса. Не отключайтесь.

И потянулись долгие минуты ожидания. Я не сомневалась, что Миша мне поможет. Только вот как? Почему-то мне представлялось, что он заявится сюда лично. Возьмёт человек десять с собой, перетряхнёт весь этот городок, но в тот же день отыщет моего бедного Серёжку.

Ровно через тридцать минут я вновь услышала Черкасова:

– Значит так, Валерия Михайловна! Ни о чем не беспокойтесь! Отдыхайте! Скоро к вам приедет Эдуардыч! Он привезёт деньги, и всё будет хорошо! Если начнутся изменения в программе – звоните.

– Миша! – воскликнула я, но он уже отключился.

Вот значит как! Конечно, это здорово! Но я не успела задать совсем не риторический вопрос – а как я буду отдавать эти безумные деньги? Разумеется, я помню, как Миша неоднократно заявлял, что он мой друг. Но у любой дружбы есть финансовые пределы.

Неужели он просто так выложит из своего кармана сто тысяч долларов? Нет, наверное, я просто чего-то не понимаю. Впрочем, в моем положении остаётся только ждать. Вот приедет Константин Эдуардович Красовский, он мне всё и объяснит.

Остаток вечера прошел в следующем режиме. Минут десять я пыталась читать, потом сбивалась на путаные размышления, никак не прояснявшие картину. Тогда я прибегала к алкогольному допингу, чтобы кровь быстрее поступала в мозг и снова принималась за чтение. Сбой в программе произошёл, когда я обнаружила, что в бутылке не осталось ни капли…

ГЛАВА 3

…В это утро я на себе испытала присловье: «пусть меня пристрелят, но я не встану». Тело болело так, словно я вчера весь день работала грушей в боксёрском зале. Голова же просто раскалывалась изнутри, грозя разлететься на кусочки каждую секунду.

И никто! И никто не спешил мне на помощь! Лишь полчаса контрастного душа, вкупе с кетоналом, помогли мне слегка прийти в себя. Но только слегка. Шатаясь как сомнамбула, постанывая при каждом движении, и проклиная всё подряд, наконец, добралась до кухни.

Соорудив себе яичницу, я жадно проглотила ее прямо со сковородки и отправилась обратно в постель. И пусть весь мир провалится в тартарары, я буду спать.

Второе пробуждение прошло более благополучно. С телом никаких улучшений не предвиделось, зато голова пошла на поправку. Нормальные люди сейчас обедают, но я к таковым себя не относила, и потому принялась за приведение себя в порядок.

Боже мой, когда я взглянула на себя в зеркало, то обнаружила, что вся в синяках. Сплошь! Как хорошо, что сейчас зима, а не лето. Из-за таких иссиня-чёрных гематом, «украсивших» мою сверхчувствительную кожу, три недели ходить в закрытой одежде бы пришлось. Да уж, недёшево дались мне вчерашние полёты. Хорошо хоть с лицом все нормально, если не считать лёгкой помятости.

На сегодняшний день у меня имелась альтернатива. Просидеть безвылазно дома, терзая себя всякими бесплодными мыслями, или же выйти в люди. И я решила, что необходимо отвлечься во что бы то ни стало.

Использовав весь тюбик анестезирующей мази, я добилась некоторого облегчения. Конечно, в тех местах, до которых могла дотянуться. Затем занялась макияжем, и где-то через час никто бы не заподозрил меня во вчерашнем предосудительном поведении.

Я облачилась в высохший костюм и отправилась на гору, поскольку днём в этом местечке пойти было больше некуда.

В пункте проката, пока Иван ходил за моими лыжами, я случайно наткнулась взглядом на объявление о расценках, где в частности прочитала, что можно воспользоваться услугами инструктора. Особенно меня поразило, что эти инструктора берут столько же, сколько и я за свой сеанс. Не удивительно, что все считают горнолыжный спорт дорогим развлечением. Хм, а может и мне воспользоваться их услугами? Хотя бы один раз.

И я обратилась к Ивану:

– А как мне договориться с инструктором?

– Зачем? – не понял тот.

– Ну, взять урок, отточить движения, – пояснила я.

– А! Вы могулом хотите заняться? – догадался Иван.

– А что это? – проявила я полную неосведомлённость.