В гостях у Снежной Королевы

Пришлось упасть. Немного посидев, мне стало ясно, что к чему и кое-как поднявшись, теперь уже при помощи палок, я двинулась дальше. Надо будет учесть, что лыжи очень скользкие. Переняв манеру подхода к подъёмнику, я встала в очередь и вскоре достигла места старта. Тут я решила подниматься одна. Это была моя ошибка. Ухватив эту чёртову кочергу, я стала прилаживаться к ней, но в это время люфт закончился, и она рывком потянула меня наверх. Я чудом удержалась на ногах и, вцепившись в рукоять, поехала вверх, деревенея от страха, и боясь только одного – как бы не упасть. Что тогда делать – совершенно не представляла. И действительно, немного не доехав до конечной точки, я завалилась на бок. Запаниковав, я выпустила из рук бугель и, затрепыхавшись как рыба, вытащенная на берег, постаралась отползти в сторону. Отдышавшись, и выбив снег из-за шиворота, я кое-как встала на ноги и глянула вниз!

Мамма миа, Санта Мария! Чтоб мне пусто было! И за каким рожном я сюда попёрлась? Ведь предлагал Черкасов вернуться в Питер! Что я его не послушалась?

Вокруг были горы! Огромные-огромные! Противоположные склоны терялись в тумане. А люди внизу были маленькие-маленькие, как муравьишки. А этот Южный склон оказался крутой до невозможности. Хотя лыжники легко и непринужденно катились вниз. И ведь никто не падал! Я специально долго высматривала!

Тут рядом со мной остановилась молодая семья. Папа-лыжник, мама-лыжница и их сынишка лет шести, тоже на маленьких трогательных лыжиках и в красивом шлеме с нарисованными китайскими дракончиками.

– Мама! Я боюсь, – жалобно произнёс мальчик.

– Ничего, а ты потихоньку, – ответила мама и стремительно полетела вниз вслед за мужем.

Малыш постоял-постоял, опустил забрало, да и поехал себе вниз змейкой, змейкой, и вскоре скрылся из моих глаз. Я же набираясь храбрости, все высматривала, как именно спускаются вниз люди. Они приседали в коленях и, слегка наклонившись вперёд, уходили вниз по склону. Рассудив, что если трусить, то легко можно дождаться второго пришествия, я глубоко вздохнула и начала спуск…

И почти тут же упала. Недоумевая, как это получилось, я с трудом поднялась и поняла, что выбрав путь по кратчайшей прямой вниз, поступила неправильно. Лучше ехать по касательной. Я так и сделала, когда отряхнулась от снега. Метров двадцать я проехала довольно устойчиво, но настала пора, как говорят моряки, менять галс. Правильно развернуться я не смогла, и тут же стремительно полетела вниз. Скорость выросла мгновенно, и не успев испугаться, я закувыркалась по склону. Лыжи в одну сторону, палки – в другую, а я затихла, лишь сделав три кульбита. Отряхнувшись от снега и собрав снаряжение, я задумалась о причине своей неудачи и сделала вывод, что нужно тормозить на повороте, сводя носки лыж вместе.

Теперь я предусмотрительно повернула лыжи в сторону подъёмника и… Господи, как я не врезалась в опору? Не знаю. Лыжники, поднимавшиеся на бугеле, наверняка испугались сумасшедшей, которая подобно пушечному ядру пересекла их подъем. Затормозил меня огромный сугроб. Выбравшись из него и разыскав лыжи и шапочку, я упрямо очистила крепления и теперь покатилась по удобной плоскости. Где, весьма кстати никого не было.

Но тут сзади послышались голоса:

– Да куда же её понесло?

– Падай! Да падай же, дурёха!

А я с ужасом увидела, что меня несёт прямо на кустарник. Страх парализовал меня, и я вошла прямо в заросли. Растения не смогли меня остановить, но все же скорость снизилась до приемлемой, и я успела рассмотреть, что меня ждёт впереди. Только выставленные вперёд в отчаянии палки спасли меня. Я же не знала, что здесь за снежным отвалом притаился крутой обрыв, метров на десять глубиной. Не будь кустов, я бы туда так и ахнула! Прямо на ствол берёзы, произраставшей со дна расщелины. Берёза была корявая, ствол неохватный. Так что я легко представила себе скромный обелиск, воздвигнутый здесь через какое-то время.

Отдышавшись и вытерев взмокший от напряжения лоб, я уже стала подумывать, а не спуститься ли мне вниз пешком. Да, придётся признать собственное поражение, зато останусь целой и невредимой. Но тут сзади послышался скрип снега и рядом затормозил пожилой, представительный мужчина. Он снял очки и спросил:

– Помощь не требуется?

– Нет, – я горделиво выпрямилась и отшутилась, чтобы не разреветься. – Вот, осваиваю трассу. Экстремалю помаленьку.

– Вы начинающая? – уточнил он. – Кататься-то умеете? И кто вас только пустил сюда? Вы хоть просмотрели на схеме, где расположены опасные участки?

В другом состоянии я бы, может, по-другому ответила. Но не сейчас:

– Слишком много вопросов! Сама сюда приехала, никого не спросила!

– Тьфу ты, – сплюнул он с досады. – И до чего же вы всё-таки, бабы, бестолковые! Ещё и феминистка, наверняка? Я помочь хотел!