В лабиринте мироздания. Естественная подоплека «сверъестественных» явлений

Современный человек приобрел речевые способности и абстрактное мышление, но он не обладает присущей многим животным чуткостью обоняния, способностью ориентироваться в темноте и тому подобное. Можно предположить, что обоняние некогда играло важную роль для выживания человека в природной среде. Высокая восприимчивость органов чувств была необходима на ранних этапах эволюции, но в дальнейшем человечество выживало благодаря другим стратегиям: создание цивилизации уменьшало потребность в остром «животном» восприятии.

Однако восприимчивость человеческих органов чувств может повышаться искусственно. Так, известно, что при отравлении стрихнином у человека в значительной степени усиливается раздражимость сенсорных систем[19]. Следовательно, у сенсорных систем имеется некий «резерв чувствительности», не реализуемый в обычных условиях.

Опыт показывает, что зрение современного человека обладает существенной способностью к темновой адаптации. После нескольких десятков минут, проведенных в темноте, мы начинаем различать даже самые слабоосвещенные предметы. Итак, первобытные люди могли обладать развитым ночным зрением, весьма чувствительным слухом и обонянием – и в этом нет ничего сверхъестественного.

Однако в парапсихологии принято говорить о «сверхчувственном восприятии» иного рода – бессловесном обмене мыслями, прорицательских способностях и возможности воспринимать реалии «потустороннего мира». Все эти гипотезы имеют фантастический характер, но и в них можно найти рациональное зерно, если рассматривать материалистическую подоплеку, скрывающуюся за этими мифическими способностями.

Что касается обмена мыслями, осуществляемого без помощи слов, то на ранних стадиях развития, до овладения членораздельной речью наши предки могли прибегать к невербальному общению с помощью мимики и жестов. Не исключено, что следы доречевого периода существования человека остались в ритуальных танцах традиционных культур. В современном мире люди больше ориентируются на словесное общение, меньше внимания уделяя мимике и жестам. В то же время некоторые артисты демонстрируют удивительную способность к «холодному чтению» – они могут получать информацию о незнакомом человеке, основываясь на его внешнем виде, его мимике, манере поведения и речи (не выведывая сведения напрямую). Подобные трюки «менталистов» содержат в себе элементы древнего невербального восприятия. Они могут быть приняты за телепатию, хотя секреты «холодного чтения» давно разоблачены и в них нет ничего выходящего за рамки обычного чувственного восприятия.

Интересно, что в психиатрической практике встречаются пациенты с особым родом бредового расстройства: им кажется, что они слышат чужие мысли, что их сознание заполняют потоки мыслей, уловленных телепатическим образом, либо наоборот, они считают, что их мысли доступны для других (симптом «открытости мыслей»)[20].

Однако справедливости ради стоит сказать, что возможность телепатического общения между людьми рассматривалась всерьез многими исследователями, были предприняты попытки подтвердить ее существование в ходе научных исследований, однако опыты давали противоречивые результаты. С научным подходом к данному вопросу можно ознакомиться в книгах советского психофизиолога Леонида Леонидовича Васильева[21],

[22].

Главной идеей, рассматриваемой в данной главе, является связь архаичных свойств психики с распространенными в наши дни мистическими представлениями. Для полноты картины необходимо добавить еще один компонент – проявления психических расстройств, напоминающие о древних формах психической организации.

В современной психиатрии рассматривается такое понятие, как «магическое мышление»[23]

. Одним из первых исследователей данную тему разбирал Зигмунд Фрейд (в частности, в труде «Тотем и табу»[24]). В научной литературе встречаются еще некоторые сходные термины: мышление первобытных людей называют «мистическим», «реликтовым» или «архаичным», а также «палеомышлением»; не вдаваясь в подробности, эти понятия можно считать синонимами вышерассмотренного. Согласно Фрейду, магическому мышлению соответствует убежденность в том, что на окружающий мир можно воздействовать посредством мыслей, слов и символических действий. Отсюда берут начало заклинания и ритуалы древних религий.

Джеймс Фрэзер выделял два признака магического мышления в отношении древних и примитивных культур: принцип подобия (внешне сходные вещи имеют связь) и принцип заражения (вещи, соприкоснувшиеся друг с другом, продолжают взаимодействовать на расстоянии или обмениваются свойствами)[25]. На этих постулатах основано построение множества древних магических ритуалов. К этим свойствам можно добавить еще одно – высокую подверженность иллюзиям, в том числе апофении, то есть установлению ложных причинно-следственных связей между несвязанными явлениями.