В одну реку дважды. Сирийская война глазами русского наемника

Расчистив дорогу на город, легионеры встали на берегу Евфрата, готовясь к броску через водный рубеж на противоположную сторону. Солдаты удачи, ясно сознавая, что ни при каких условиях сирийское войско первым форсировать реку не будет, готовили лодки для переправы. Сентябрьской ночью первые группы штурмовиков высадились на восточный берег Евфрата и сразу пошли в атаку. За несколько дней постоянного, не прекращающегося даже ночью боя наемники сумели отодвинуть игиловцев на достаточное удаление от берега, после чего садыки посчитали переправу вполне безопасной и начали строить понтонный мост.

Бои были трудные, очень трудные для уставших от постоянного риска, недосыпания и недоедания легионеров. Духи бились отчаянно, то и дело направляя на штурмовиков смертников. В одном из столкновений под заваленной взрывом стеной погиб друг Мартина Сэм, его ровесник, с которым они еще лейтенантами взводничали в воздушно-десантных войсках. Перед самой отправкой в Сирию после отпуска Сэм заходил к нему, выпили водки, порассуждали о разных мелочах, и вот теперь в Россию вернулся цинковый гроб — на войне все может случиться быстро и бесповоротно.

Тела четверых погибших легионеров в тот роковой день не смогли эвакуировать: духи ринулись в контратаку, выждав удачный момент, когда одно из подразделений солдат удачи слишком сильно оторвалось от основной линии. Джихадисты всей своей огневой мощью отсекли оказавшуюся впереди группу, не давая продвигаться всем остальным: с флангов — зенитками, с фронта — пулеметами. Беспрерывные разрывы мин не оставляли сомнений — включилась вся артиллерия игиловцев. Легионеры все же сумели оттянуть свое подразделение назад, но забрать тела погибших не представлялось возможным. Духи утащили мертвых бойцов к себе: хорошо зная о существовании среди русских наемников такого понятия, как «боевое братство», которое не позволяло оставлять врагу даже останки своих товарищей, они рассчитывали сыграть на этом.

На следующий день, когда легионеры двинулись вперед, выбивая игиловцев с позиций, не взятых накануне, Солнце заприметил неподвижное истерзанное тело в робе знакомой раскраски и рванулся к нему, забыв в запале об элементарной предосторожности. Тело оказалось приманкой, под которой была спрятана мина. Подорвавшегося Солнца, уже бездыханного, эвакуировали вместе с найденными останками.

Ратник, наступая на восток от переправы со своим передовым отрядом, сумел быстро преодолеть рубеж укреплений противника при подходе к городку Хшам. Сообразив, что духи их здесь не ждали и толком выстроить оборону не успели, Ратник решил применить старый испытанный прием: пустить вперед танк, за которым, прикрываясь его броней, по колее двигались легионеры. При этом, будучи опытным профессионалом войны, он себе не изменил и подстраховался: два бэтээра беспокоящим огнем своих пулеметов подавляли у духов всякое желание остановить движение танка, выскочив на удобную позицию с установкой ПТУР или гранатометами. Легионеры достигли окраины городка так стремительно, что духи на общем фоне стрельбы и повсеместно поднятой пыли не сразу сообразили, что русские совсем рядом. Один из отрядов боевиков, прикрываясь железнодорожной насыпью, вышел прямиком на позиции солдат удачи. Уничтожение игиловцев было беспощадно хладнокровным, легионеры не жалели никого, ликвидировав за раз более сотни духов.

Можно было наращивать давление на врага, но невразумительные действия соседа затормозили ход. Взвод отряда, наступающего слева от Ратника, заблудился и неожиданно оказался в тылу у своих. Приняв взвод Найка за игиловцев, заплутавшее подразделение успело с перепугу его обстрелять, к счастью без последствий. Когда Ратник по рации связался с командиром другого отряда и потребовал от того разобраться с действиями своих подчиненных, оказалось, что он в этот момент направляется вместе с ранеными в тыл. Как впоследствии выяснилось, командир отряда, не являясь кадровым офицером, повел себя в бою как обыкновенный рядовой, решив вместе с одним из своих подразделений поучаствовать в зачистке построек, в результате чего получил пулю в живот от раненого игиловца. Ратнику пришлось самому выводить заблудившееся подразделение на те позиции, где оно было обязано находиться.

На восточном берегу реки сирийцы, наступающие от позиций, захваченных отрядом Ратника, ежедневно рапортуя о продвижении вперед, так и не смогли продвинуться далее ста метров на юг. На севере от переправы союзники тоже не сдвинулись с места, пока в центр боевых порядков не встали легионеры, которые пошли вперед тараном, опрокидывая духов и прижимая их к наступающим от Ракки курдам.