В пламени холодной войны. Судьба агента

«Официальной версией его ареста послужил якобы донос личной прислуги, которой показалось подозрительным частое уединение хозяина в своем кабинете, двери которого он закрывал на ключ. Не думаю, что в капиталистической Швеции прислуга могла бы ожидать, что перед ней распахнут все двери, – там это не принято. Кроме того, были и другие помещения, запирающиеся на ключ, – винный погребок, кладовка, где хранили столовое серебро. Что же тут необычного? И уж совсем трудно поверить, что эта женщина в пылу подозрительности по собственной инициативе облазила весь дом вплоть до чердака и нашла единственную улику – кассету с заснятыми документами.

Если же принять за основу другую версию – разоблачение агента в результате предательства, – то в этом случае все прекрасно ложится на свои полочки. По моему глубокому убеждению, полковника Веннерстрема предал завербованный ЦРУ Поляков, а служанка на завершающем этапе была использована контрразведкой исключительно как инструмент поиска компрометирующих материалов.

Тогда становится понятным, почему американской комиссии по расследованию было позволено присутствовать на закрытом процессе и почему она имела доступ к засекреченным шведским протоколам допросов. Складывается впечатление, что шведам просто выкрутили руки, заставив осудить по максимуму человека, который фактически почти не нанес урона своей стране. Именно поэтому им пришлось уйти в «глухуюмолчанку» – по сей день шведская сторона не может назвать ни конкретные факты ущерба, ни его денежное выражение».

Не так давно в стокгольмском Музее северных стран прошла выставка под девизом «Шпион». Пожалуй, впервые за долгие годы санкционированного молчания на слуху снова появилось имя Веннерстрема. Правда, нельзя, к сожалению, сказать, что позиция шведских официальных лиц и тайной полиции СЭПО хотя бы на йоту изменилась. Вот цитата из газеты «Новые известия», подтверждающая это: