В рейд пошла одна старушка

– Вкусненькая, светленькая, сладенькая, – прошамкала раздувшаяся мавка и широко открыла страшную противную пасть. Язык вот-вот бы коснулся груди светлой эльфийки, а потом добил бы привратника, если бы не…

– Ну, с богом! – раздалось вдруг совсем рядом. Зоя Валерьяновна, эта истинная валькирия в душе, рванулась вперед, оттолкнула эльфийку на привратника и встала грудью на защиту товарищей. Ей, как уже известно, было не чуждо благородство. Как оказалось, она была способна даже на нечто большее.

Язык мавки коснулся груди Зои Валерьяновны. И свет померк…

***

– Подержите мои кости!

– Охренеть! Вот курва!

– Мать моя эльфийка!

– Чу-у-ума!

Все, кроме Зои Валерьяновны, не могли не высказаться. Даже мавка. Потому что, как только язык мавки коснулся героической груди Зои Валерьяновны, полыхнуло сиреневым и запахло лавандовой водой, а в воздухе повисли грозовые буквы «СВЕТЛЫЙ ДАР ЖЕРТВЕННОСТИ – ПОЛУЧЕН».

Заиграла ангельская музыка. Магия торжественно приподняла бессознательную Зою Валерьяновну, впиталась под ее кожу и тут же превратила черные чешуйки в нормальный человеческий эпидермис. Фурия? Да нет. Обычная пожилая женщина, правда, с желтыми круглыми глазами и небольшим хвостиком с метелочкой на конце. Но в целом – вполне прилично выглядящая.

– Ну и ладно, так вкуснее, – пробурчала очухавшаяся мавка, ощущая, что организм фурии наполнился светлой энергией. От Зои Валерьяновны потекла в мавочью пасть мана, вместе с ней – и энергия. Полоски маны и здоровья над головой вполне нормально выглядящей старушки медленно, но верно исчезали.

– Спасай Зою Валерьянну, – заорал привратник и собрал все свои силы, чтобы шандарахнуть мавку коллективно, пока она обедает.

– Заклинание разрушения! Все вместе! Светлая, тебе лучше не надо! Ну – на счет три!

Заклинание полыхнуло, но мавка и не почесалась. Лич попытался ухватить ее за туловище, но оно легко выскользнуло из его рук и издевательски сложилось в серую фигу. Трогать мавку – удовольствие ниже среднего.

Зоя Валерьяновна, на удивление, пришла в сознание, но поделать ничего не могла – ее одолела слабость и брезгливость. Питающаяся мавка была противной и гадкой.

– Януш, Януш, – вдруг в панике зашептала эльфийка, дергая привратника за руку.

– Ну чего?

– А посмотри туда.

Януш послушался и посмотрел туда. Там, в противоположном углу комнаты было темновато, но несколько небольших серых комочков рассмотреть было возможно.

– Деточки, кушать, – прошепелявила мавка, на мгновение отвлекшись от деликатеса.

– Нам …! – констатировал Януш и закрыл глаза. Неужели придется закончить свои дни здесь, в этом пристанище мутантов от игрового мира? Ой как не повезет разрабам , если когда-нибудь получится вернуться! Он их по всем судам затаскает! До Гаагского дойдет! А если не выйдет, подорвет их главный офис к курвиной матери!

Януш смирился. Рядом всхлипнула эльфийка, и привратник немного воодушевился. Ну, может сейчас, перед порогом неминуемой смерти… Привратник очень осторожно обнял эльфийку за плечи.

– Ну-ну, все будет хорошо, – ляпнул он, привлекая светлую к своей груди.

– Чего хорошо-то, дурак совсем? Мы умрее-е-ем! Возродимся и опять умрем! И Зоечка Валерьяновичка тоже! У-у-у!

Серые липкие комочки приблизились очень быстро, вылупились такими же круглыми, как у мамочки, глазами на лича.

– Мамочка, мы не хотим есть косточки. Мы хотим чипсы и мороженое, – заканючили мавкины детки.

– Но тут эльфочка, детки! Ароматная, светлая, вку-у-усная!

– Но мы не хотим эльфочку! Мамочка, мороженое!

Зоя Валерьяновна выросла в такое время, когда харчами не перебирали. Есть хлеб – будем есть хлеб. Есть картошка – значит, картошку. Ничего нет – походим голодные, даст бог, завтра сыты будем. Бывали и хорошие времена, и откровенно голодные. Конечно, всегда хотелось есть жирнее да слаще, и сахар кусковой был за лакомство. Это уже позже детям хотелось вкусненького дать, и все равно никто не капризничал – ели что дают.

– Мы не будем эльфочку! Мы будем голодные и слабые, пока не принесешь мороженое! – сказал мелкий наглый мавенок. Зря это он, конечно при людях старой закалки. Потому что Зоя Валерьяновна такого стерпеть не могла.

– Ишь ты, хочуха какая! А ну, жри че дали! Будет он тут еще условия тут ставить! – приказала Зоя Валерьяновна уверенным и вовсе не слабым голосом.

– Зоя Валерьянна, вы чё? – обалдел привратник от такого поворота.

– Да, че это вы? – не меньше обалдела мавка, немного даже поперхнувшись от удивления.

Зоя Валерьяновна если и замешкалась от смущения, то только на секунду. Она себя всегда считала правой.

– А то это. Ежели мать после смены на кирпичном заводе пришла с сумками, уставшая! А на улице дожди, холодрыга, а она в драных сапогах, потому что муж, скот пьяный, опять всю получку пропил!

Лич, ощутив, как всколыхнулось темное магическое поле вокруг старухи, потихоньку сплел защитное заклинание, но пока не выпускал – ждал. Он прекрасно понимал, что сейчас будет жарко.