В рейд пошла одна старушка

– (Непереводимая игра матерных слов), – это эльфийка не заставила себя упрашивать дважды. Потом встала, покачнулась от слабости, по стеночке дошла до стола Темного Лорда и уселась прямо напротив него. Посмотрела своими сияющими бризовыми глазами прямо в его черные глумливые глаза, плеснула себе вина, залпом выпила. Повторила. Еще раз повторила. Подперла голову рукою и проникновенно сказала:

– Ты сам знаешь, что ты – козел. Но добавлю кое-что такое, о чем ты тоже знаешь, но боишься признавать. Ты – слабый, закомплексованный и несчастный мужик, который самоутверждается за чужой счет. Шутки у тебя тупые, и смеются над ними только потому, что ты начальник. Еще у тебя на затылке, вот там, лысина, которую ты прячешь расчесочкой. Еще ты злопамятный, как старая бабка. Вас, Зоя Валерьяновна, я в виду не имею. Еще у тебя, мой дорогой, в замке все зеркала увеличивающие, и уж я знаю почему. Природа в некоторых местах обидела, вот ты и ведешь себя как чмо. Сейчас ты спалишь спящих Януша и Славика, меня и Зою Валерьяновну заберешь к себе в замок и будешь глумиться над нами обеими. А знаешь почему? Потому что ты боишься нас и хочешь расправиться с нами, пока мы слабы. Так поступают только трусы. Вот тебе и правда. Ну, твое здоровье!

Закончив, Галаэнхриель залпом допила бутылку. Потом, недолго думая, хряпнула ею о край стола и получившуюся «розочку» направила на бледного, трясущегося от ярости Темного Лорда.

– Нападай, чмошник. Я дешево не дамся!

Зоя Валерьяновна, слушавшая эльфийку, как слово пастыря на канале «Культура», повторила за ней, разбив бутылку. Правда, немного замешкалась – жалко было вино, но что уж поделать.

– И я не дамся! Давай, девка! Врагу не сдается наш гордый «Варяг»!

– Пощады никто не желает! – подпела ей эльфийка. Эта песенка была почти что боевым гимном их маленького отряда.

– Готовьтеся к бою! – продолжила Зоя Валерьяновна и встала в боевую стойку плечом к плечу с эльфийкой.

Темный Лорд посмотрел на двух полоумных баб. На острых гранях их «розочек» рубиново сверкали остатки вина, отражались огоньками от блестящего эльфийского плаща Зои Валерьяновны. Взгляды обеих дам были полны решимости и священного гнева. Напряженные, серьезные, особенно бабка в эльфской боевой стойке… Не сдержавшись, Темный Лорд заржал, согнувшись пополам.

– Светлая, ты нечто, – отдышавшись, все еще держась на живот, сказал он, – ты права, я страшно вас боюсь. Поэтому жду тебя и твою компанию в своем замке, на финальной битве. А пока живите, так уж и быть. Ужин за мой счет.

С этими словами Темный Лорд поклонился, прищелкнул пальцами и с легким смешком исчез.

Глава 17. Северное сияние

– Козлина, – мрачно сказала эльфийка. Посмотрела на «розочку» в своей руке и аккуратно положила ее своими маленькими тоненькими пальчиками на пол. Потом тяжело вздохнула и снова накинула на плечи некроплащик. Без него эльфийке уже было как-то неуютно. Привыкла уже, смирилась.

Зоя Валерьяновна тоже положила свое грозное оружие рядом. Ей было даже немного неловко за разбитую бутылку вина.

Застонал лич, потирая немного подкопченную черепушку. Януш, держась за голову, тоже встал, пошатываясь от слабости. Эльфийка тут же кинулась к нему – утешать и успокаивать.

– Я теперь смертный! Смертный! – уже начал он наводить панику, но Галаэнхриель, снова тяжело вздохнув, опять сняла плащик, оставшись в легком тонком платьице, и завороженный привратник примолк. Вид красивой женской груди для мужчины – это почти как экстракт корня валерианы для успокоения нервов. Мягкое седативное без негативных последствий. Вызывает легкое привыкание. Не рекомендуется детям до 14 лет и старикам после 95.

От Галаэнхриель растеклась мягкая светлая волна магии и впиталась под кожу привратника, убирая выражение скорби на его мятом лице. Уставшая, отдавшая последние свои силы, эльфийка осела на пол.

– У тебя теперь есть три жизни. На большее я не способна, милый мой Януш. Береги их, – сказала она, прикрывая от слабости глаза. Привратник же ласково взял ее за слабую руку, благодарно что-то шепнул светлой на ушко.

Всхлипнула Зоя Валерьяновна, до соплей растроганная этой сценой. Она порой любила посмотреть бразильские сериалы на «Домашнем», при этом не вникая в суть сюжета. Главное, что там в каждой серии кто-то кому-то разбивал сердце, непредсказуемо беременел или хотя бы целовался под луною.

– Януш… Там, на столе, кувшин с амброзией… Принеси, друг любезный, не дай мне погибнуть во цвете лет, – прошелестела эльфийка.

– Так давайте за стол тогда уж, раз все накрыто, – сказал вдруг лич. Он заприметил на столе, который накрыл для них Темный Лорд, маринованные грибочки очень знакомого вида.

Зоя Валерьяновна тоже была не прочь перекусить. Особенно таких изысков отечественной кухни, как оливье и котлета из минтая.

– Все в порядке. Не отравлено, магии нет, – сказала окрепшая после первого глотка амброзии эльфийка.

Все в скорбном молчании и самом дурном настроении уселись за стол роскошной ресторации.