В спецслужбах трех государств

20 сентября 1991 года на имя председателя КГБ СССР Бакатина мною была подписана последняя шифротелеграмма из Киева в Москву: «В связи с ликвидацией КГБ Украинской ССР на сессии Верховного совета мною было сделано заявление о снятии с меня полномочий председателя КГБ республики, определенных при назначении на эту должность. Мною дана оценка коллективу сотрудников органов КГБ, отмечен их высокий профессиональный потенциал. Заявил, что в последние годы, следуя принципам демократизма, гуманизма и интернационализма, они много сделали для исправления трагических последствий прошлого, надежно обеспечивали безопасность республики. На сессии не решен вопрос о руководителе вновь созданной службы. Внесено предложение просить меня дать согласие исполнять эти обязанности. За такое решение проголосовало большинство народных депутатов Украины».

Резолюция Бакатина своим заместителям гласила: «Проведите консультации и спокойно проработайте наши возможные шаги в сложной обстановке». Реакция Москвы на ликвидацию КГБ УССР поступила через три месяца. В декабре 1991 года в письме Бакатина на имя Кравчука последовал ответ: «Мы в полной мере поддерживаем постановление Верховного совета Украины от 20 сентября 1991 года о создании Службы национальной безопасности Украины».

В постановлении Верховного совета Украины о ликвидации Комитета государственной безопасности Украинской ССР указывалось, что его кадровый состав и материально-технический потенциал передается в ведение создаваемой Службы национальной безопасности (СНБУ). Были определены ее главные функции: защита государственного суверенитета, конституционного строя, территориальной целостности, экономического, научно-технического и оборонного потенциала Украины от разведывательно-подрывной деятельности спецслужб иностранных государств, враждебных зарубежных центров и организаций, а также иных противоправных посягательств на интересы безопасности Украины.

Для органов госбезопасности это явилось важным шагом: впервые именно законодатели определили основные направления их оперативно-служебной деятельности. Это позволило избежать провокационных выпадов, как случалось ранее, по поводу того, что сотрудники органов безопасности сами для себя определяют основные задачи и функции, стоят над законом. Впервые новая спецслужба — СНБУ — становилась подчиненной непосредственно председателю Верховного совета Украины (до введения президентства) и стала подконтрольна Верховному совету — высшему государственному органу власти в республике.

Специальная депутатская комиссия Верховного совета Украинской ССР по реорганизации органов государственной безопасности продолжала работать над созданием самостоятельной национальной службы безопасности независимого государства Украины. Ее руководитель, депутат В. Дурдинец, стремился с усердием трудолюбивого «западно-украинского крестьянина» вносить свой вклад в создание республиканской спецслужбы. Когда он работал в Министерстве внутренних дел республики, у меня с ним сложились нормальные отношения, что не мешало ему быть чрезмерно принципиальным, дотошным и несговорчивым при обсуждении проблем образования украинской спецслужбы.

Читателю пусть не покажется странным то, что в составе депутатской комиссии, определявшей дальнейшее назначение реформируемых республиканских органов безопасности, наиболее динамичным был народный депутат СССР Дмитро Павлычко. В период подготовки законодательных актов о государственном суверенитете и независимости Украины, при создании новых институтов государственной власти именно он выделялся среди лидеров оппозиции, будучи главным идеологом Руха. Павлычко не пропускал заседаний парламентской комиссии по реорганизации КГБ, наблюдал за кадровыми сотрудниками, которые участвовали в подготовке и представлении основных правовых документов. Он являлся главным смотрителем от националистической оппозиции в формировании новой спецслужбы, как локомотив, без тормозов и светофоров мчавшийся к конечной станции, был настойчив при обсуждении концептуальных или спорных вопросов, проявлял отеческую заботу ко многим проблемам, вплоть до личного составления текста присяги военнослужащих на верность самостоятельной Украине. Без весомого заключения Павлычко зачастую трудно было достигать компромисса в случаях расхождения позиций между сотрудниками КГБ и народными депутатами из парламентской комиссии.

Для меня лично было объяснимо обостренное внимание Павлычко к вопросам организации деятельности украинской спецслужбы. В школьной юности он прошел через тяжелейшие испытания в застенках послевоенного НКВД. Можно только сожалеть, что среди членов коммунистической фракции в парламенте (может быть, кроме Кондратьева) не было столь принципиальных и деятельных депутатов, которые принимали бы заинтересованное участие в разработке вопросов обеспечения государственной безопасности.