В спецслужбах трех государств

А каковы были действия спецназа в те дни? Командир спецназа КГБ СССР «Альфа» Герой Советского Союза Виктор Федорович Карпухин делился со мной и моим помощником полковником Александром Меркушиным (в дни ГКЧП — референтом первого заместителя председателя КГБ СССР Г. Агеева), что ему поступали команды готовить операцию по штурму Белого дома и возможному задержанию Ельцина на даче в Архангельском. 19 августа около четырех часов утра Карпухин был вызван к Крючкову, от которого получил устный приказ силами подразделения арестовать Ельцина. Одновременно председатель КГБ сообщил, что Президент СССР болен и не может управлять дальше страной. В начале шестого часа утра сотрудники спецназа оцепили место жительства Ельцина и российского руководства в Архангельском, выставили наблюдателей.

Вечером состоялось закрытое совещание в Министерстве обороны, на котором прозвучал приказ: спецназу КГБ, МО и МВД осуществить штурм здания советского правительства, интернировать Ельцина и российское руководство и определить их в специально оборудованные места под Москвой.

После проведения вместе с генералом Александром Лебедем рекогносцировки Карпухин 20 августа доложил руководству КГБ, что считает проведение штурма Белого дома невозможным из-за опасения кровопролития.

Командир спецназа КГБ СССР «Вымпел» Бесков твердо заявил, что взятие штурмом Белого дома является бессмысленной авантюрой, которая повлечет многочисленные жертвы. Как только появятся пострадавшие и убитые люди, то сразу же посыпятся обвинения в адрес членов ГКЧП как вершителей военного государственного переворота. Заместитель председателя КГБ СССР Леонид Шебаршин (в его подчинении находился «Вымпел») в связи с этим дозвонился до Крючкова и настоятельно потребовал отменить его команду на силовой захват Белого дома. Он так передает состоявшийся разговор: «Крючков нервно смеется: «Это ерунда! Кто это придумал?» Не успокоил. Я уже как-то слышал такой смех. Ничего доброго он не предвещает. Крючков возбужден и врет». Позже Крючков напишет, что никакой команды на проведение штурма Белого дома не отдавалось.

Такое же решение — не участвовать в захвате Белого дома — принял для себя Павел Грачев, в будущем — министр обороны Российской Федерации, с которым мне довелось близко общаться и сотрудничать по направлениям деятельности Министерства безопасности. Грачев и первый заместитель министра внутренних дел Борис Громов договорились между собой, что на штурм Белого дома не поведут войска.

20 августа Грачеву позвонил маршал Шапошников:

— Что думаешь делать со штурмом?

— У меня такое впечатление, что они на мне решили отыграться. Хотят, сволочи, чтобы я давал команды. Команды не дам, подам в отставку, — ответил Грачев.

— Не примут, в период ЧП — это сложное дело.

— Ну, застрелюсь к чертовой матери.

Члены ГКЧП полагали, что армия и бойцы спецназа МО, КГБ, МВД выполнят любой приказ командования.

В 1991 году после событий в Вильнюсе Грачев в газете «Красная Звезда» высказал свое несогласие с применением войск против мирного населения. В ответ получил недовольство, мол, генерал «задирает хвост». Но к чести Грачева, уже министра обороны, можно сказать, что он придерживался такого же мнения, когда требовал письменного указания Верховного главнокомандующего Ельцина на использование вооруженных сил и танков во время политических разборок в октябре 1993 года вокруг Белого дома.

Карпухин свидетельствует, что и председатель КГБ России Иваненко наставлял их не ввязываться во избежание пролития большой крови. Он же рассказывал, на какие унижения пришлось идти, чтобы не допустить кровопролития. Да и само элитное подразделение «Альфа» (кстати, как и «Вымпел») по указанию Ельцина передавалось из рук в руки, то из КГБ в МВД, то возвращалось обратно в структуру органов безопасности. В печати отмечалось, что в последующие бурные дни октября 1993 года «Альфа» была самым профессиональным и благородным из спецподразделений, которые действовали в этих событиях. Она выполнила бы любую задачу, но сохранила доброе имя тем, что на этажах, в коридорах и кабинетах Белого дома не применила свой богатый опыт боевых действий.

Госкомиссия Степашина установила, что 20 августа были даны указания к началу подготовки захвата здания Верховного совета РСФСР группами спецназначения КГБ СССР, Советской армии и МВД СССР. В силу многочисленности защитников Белого дома и прогнозировавшегося значительного количества человеческих жертв исполнители штурма здания — подразделения спецназначения КГБ — отказались от атаки.

Вернемся к событиям накануне ГКЧП. 29 июля 1991 года Горбачев перед отбытием на отдых в Крым одержал важную для себя и страны в ее последующем развитии победу: получил согласие авторитетных глав крупнейших республик — России и Казахстана — подписать новый Союзный договор. За решениями руководителей этих союзных республик, вне сомнения, последовали бы и остальные.