В спецслужбах трех государств

В мае 1991 года при подготовке заседания Коллегии КГБ СССР о состоянии работы с кадрами организовывалось анкетирование среди оперативного состава как в центре, так и в республиканских органах. На вопрос анкеты: «В чем вы видите основные причины кризисных явлений и трудностей, переживаемых нашей страной на современном этапе?» — 90 % сотрудников ответили, что они обусловлены ошибками и просчетами политического руководства. Многие добавляли, что бездействие властей при современном ухудшении положения в стране может привести к самым нежелательным и трагическим последствиям. Если вера в верховную власть страны среди сотрудников КГБ была поколеблена в такой высокой степени, а они призваны были ее защищать, то надо признать, что авторитет, в частности, республиканских и областных руководителей находился на еще более низком уровне.

В республике в условиях гласности отмечались и широко обсуждались многие события и явления. Расскажу о некоторых из них.

Приезды Горбачева в республику обеспечивались несколькими тяжелыми лайнерами, с доставкой автомобилей из московского гаража, многочисленной охраной, в окружении журналистов. Республиканскому КГБ не доверялась охрана государственных дач в Крыму, где всеми вопросами заправляла московская «девятка». Но ответственность за обеспечение личной безопасности охраняемых государственных деятелей при нахождении на Украине лежала на республиканском КГБ.

Был и такой случай. Молодой начальник одного из отделов 9-го управления КГБ СССР Алексей Кандауров выступил против порядка, когда зарубежными закупками за иностранную валюту для придворной цековской знати занимаются сотрудники органов госбезопасности. Разразился скандал. Виновника без лишнего шума постарались убрать из «деликатного» управления, повысив в должности. Умница, честный, принципиальный, интеллигентный, с литературным даром, он в мою бытность министром безопасности возглавил нашу пресс-службу. Кандауров из числа тех элитных сотрудников КГБ, которые действительно много сделали для расширения гласности, раскрытия истинного назначения органов государственной безопасности новой России. В октябрьские дни стрельбы по Белому дому он был в числе руководителей, выступающих против втягивания наших сотрудников в кровавые политические разборки. Не согласившись с требованиями Президента Ельцина «пойти на амбразуры», генерал Кандауров подал мне рапорт об отставке. Вскоре стал депутатом Государственной думы России.

В период моего пребывания на Украине военные строители в авральном порядке возводили ставшую печально известной государственную дачу в Форосе. Заказчиком «Зари» выступал КГБ СССР, поэтому в ходе строительства мне нередко поступали звонки из Москвы с просьбой оказать помощь через республиканские министерства о поставках дефицитных строительных материалов, мрамора и т. д. На принятие в эксплуатацию президентского комплекса в Форосе прилетели Язов и Чебриков. Последний щедро поощрил меня месячным окладом за вклад в строительство шикарного объекта, которого я ни разу не видел. Генерал Александр Орлов, руководитель московской крымской «девятки», приглашал осмотреть новый замок для Президента СССР, но я отказался. Не хотелось рассматривать эту роскошь. Вскоре на этой даче произошел неприятный инцидент. Как мне докладывали, во время игры с детьми дочь Горбачева дернула в спальне тяжелую портьеру, карниз упал и зацепил по голове внучку Президента. Оказалось, что один из шурупов, которым крепился злополучный карниз, был короче других. После этого случая были уволены несколько высокопоставленных сотрудников 9-го управления КГБ: генерал Березин, Герой Социалистического Труда, строитель космодрома Байконур, генерал Орлов, его заместитель Петр Лайшев. По их просьбе я принял решение взять в штаты КГБ республики этих опытных профессионалов: Орлова — заместителем начальника областного управления в Донецк, а Лайшева — заместителем начальника хозяйственного управления в Киев. В последний момент мне позвонил Плеханов с претензией: «Что ты делаешь? Берешь к себе уволенных нами Орлова и Лайшева! Тем более на повышение. Если об этом узнает Михаил Сергеевич с Раисой Максимовной, понимаешь, что тебе будет? Лучше не рискуй». Орлов уехал в Москву, а Лайшева я попросил достроить новое здание УКГБ в Кировограде, с чем он блестяще справился. Когда страсти улеглись, его вернули в Киев. Позже стал дипломатическим работником посольства Украины в Белоруссии. Он вспоминает, что ему позвонил начальник личной охраны Горбачева В. Медведев и рассказал: «Когда Раисе Максимовне доложили, что Лайшев на Кировоградщине, где урановые рудники, она прямо расплылась в довольной улыбке».