В спецслужбах трех государств

22 сентября Руцкой подписал дополнения в действующий Уголовный кодекс РСФСР. Парламентские правоведы явно спешили. Статью о посягательстве на конституционный строй они усилили уголовной ответственностью вплоть до смертной казни, расстрела должностных лиц «за действия, направленные на насильственное изменение конституционного строя Российской Федерации». Разработанные поправки в действующий Уголовный кодекс — это далеко не безобидные депутатские действия; они останутся в истории российского парламентаризма как свидетельство исключительной напряженности обстановки, противоборства президентской и парламентской ветвей власти. Руцкой и Хасбулатов ввели для своих политических оппонентов, которые поддержали президентскую сторону, смертную казнь. Можно представить себе последствия их победы… Руцкой уже подписал указы об аресте В. Черномырдина, Ю. Лужкова, А. Козырева, А. Чубайса и силовых министров. Через народного депутата СССР Иосифа Кобзона Руцкой просил передать мне, чтобы «не рубили деревья» на территории Кремля, там он грозил вешать своих противников.

Впоследствии арестованный генерал-полковник Макашов делился своими наблюдениями, как родился «расстрельный указ»: «Я видел, какую сцену устроил Руцкому Хасбулатов, когда тот подписал указ о смертной казни для тех, кто поддерживает Ельцина: «Вы хотя бы смотрите, что подписываете. Как можно выпускать такой указ? Он же отпугнет от нас людей. Какие провокаторы его готовили?»

Последовавшие события развивались по сценарию вооруженного мятежа. 23 сентября группой боевиков во главе с генералом Макашовым осуществлено нападение на узел связи Штаба гражданской обороны. Восемь боевиков из «союза офицеров» во главе с отставным подполковником Тереховым, вооруженные автоматическим оружием из Белого дома, пытались захватить здание Штаба объединенных вооруженных сил СНГ. Боевики из числа «защитников» Белого дома осуществили нападение на Таможенный комитет. Другая группа боевиков во главе с уволенным из КГБ сотрудником особого отдела подполковником Бульбовым (после октября 1993 года он был арестован, в дальнейшем вырос до генерала ведомства по борьбе с наркотиками, но снова оказался в тюрьме за должностные преступления) проникла в служебное здание Управления военной контрразведки Московского военного округа, где силой захватила оружие.

Здесь уместно вспомнить слова Ельцина: «Мы не готовились воевать. Не было никакого расчета на войну. Я не допускал возможности, что конституционный спор доведет дело до стрельбы по людям. И второе. Это было, пожалуй, самое непростое решение в моей жизни. Внутри меня самого шел мучительный, болезненный процесс принятия решения, поэтому наша машина в этот раз не прямо катила по шоссе, а сбивала столбы, залезала колесом в канавы…»

Тревожные события развернулись после штурма мятежниками из Белого дома здания московской мэрии, когда в нем находилась небольшая группа милиции и военнослужащих. Молодых солдат разоружали и избивали. Макашов со своими мятежниками пытался прорваться в телецентр «Останкино», его встретил спецназ МВД… Так появились с двух сторон убитые и раненые необъявленной гражданской войны. Министр обороны Грачев на авантюрные поступки Руцкого ответил предостерегающим заявлением: «Если в стране продолжится конфронтация с президентской властью, то армия сметет все на своем пути. Сейчас же армия пытается сделать все, чтобы не допустить кровопролития».

Тонкая ниточка переговоров президентских и парламентских лидеров велась с участием патриарха Алексия II, но не приводила к желаемому результату.

Никто не рассчитывал на вероломство сторонников Белого дома, тем более что от них шли заверения, что имеющееся там оружие надежно хранится и только у сотрудников Департамента охраны имеется табельное оружие. Мэр Лужков, участвующий в переговорах с депутатской стороной, обещал, что сдача незаконно выданного оружия и боеприпасов явится основанием для снятия оцепления вокруг здания Белого дома. В ответ — совершенно иная реакция. Когда на начальной стадии переговоров с участием патриарха Алексия II представители Верховного совета Абдулатипов и Соколов подписали стабилизационное соглашение по инициативе силовиков Баранникова и Дунаева (министр МВД в правительстве Руцкого), оно было признано «капитулянтским» из-за позиции об оружии, которое необходимо было сдать следственным органам. В беседе с корреспондентом «Московских новостей» новоявленный Президент Руцкой воинствующе заявлял: «Пусть только попробуют сюда сунуться. Они все здесь лягут. Мы будем отстаивать Конституцию до последнего патрона. Все эти переговоры под эгидой Алексия — блеф, они нам предлагают не нулевой, а пулевой вариант».