В спецслужбах трех государств

Против России, кроме традиционно западных спецслужб, в тот период стали вести разведывательную деятельность ряд стран, которые при существовании СССР не помышляли о подобных акциях — резидентуры государств Балтии, Ближнего Востока. После распада стран Варшавского договора и содружества стран социалистического лагеря стали проявлять активность спецслужбы стран Восточной Европы. Наглядно было видно увеличение фактов проникновения в российские регионы эмиссаров мусульманских государств, играющих на национально-религиозных чувствах верующих.

Доминирующим фактором в деятельности ранее дружественных СССР разведывательных сообществ Польши, Венгрии, Румынии стало их явное стремление интегрироваться в блок НАТО, а разведслужб стран Балтии — получать информацию о воинских и военно-морских силах, планах российского руководства по отношению к бывшим союзным республикам: Литве, Латвии, Эстонии. Правительства указанных государств с помощью американских советников стали создавать собственные спецслужбы — департаменты разведки и контрразведки, службы защиты конституции.

Федеральная служба контрразведки образовывалась на новой организационно-штатной структуре. Численность личного состава сокращалась вдвое, чем в МБ, и устанавливалась в количестве 75 тысяч человек, включая научные, технические, медицинские вспомогательные службы, и это — на всю страну. Ведь ФСК — это не только центральный аппарат, но и органы управления в более чем восьмидесяти субъектах Российской Федерации.

Функция ведения предварительного следствия и представляющее ее следственное управление упразднялись; «Лефортово» и имевшиеся на местах изоляторы предварительного заключения передавались в другие ведомства; мобилизационно-эксплуатационное управление по обеспечению жизнедеятельности руководства страны на особый период (бывший 15-й главк) переходило в подчинение Администрации Президента РФ.

Из ФСК были выделены в самостоятельную структуру Пограничные войска, против чего я протестовал особенно резко.

Надо прямо сказать, что любые изменения в системе органов государственной безопасности, сокращение или увеличение полномочий, перестановки кадрового состава всегда носят болезненный характер. Эти реформы отражаются на общей эффективности работы, морально-психологическом состоянии личного состава. Отрицательные последствия зачастую бывают непредсказуемыми, непредвидимыми и финансово-затратными.

В сложившихся условиях трудно решаемыми становились определение государственной линии и оперативных задач в деле обеспечения безопасности страны, подготовка и рациональная расстановка кадров. Не всякий сотрудник, даже самый подготовленный, может быстро освоить новое направление деятельности. Специфика оперативной работы многообразна, в подразделениях органов госбезопасности работают специалисты разносторонних знаний и сотен профессий. Даже имея прекрасную подготовку, вершин разведывательного или контрразведывательного мастерства достигали немногие. Поэтому создание структуры государственной безопасности страны требует и времени, и серьезных профессиональных знаний, и навыков оперативного состава, а также умелого руководства.

Лишение волевым порядком ФСК права ведения следствия повлекло за собой передачу уголовных дел (свыше двух тысяч) в органы прокуратуры. Для ведения таких дел стали срочно создаваться специальные отделы в военной прокуратуре, куда перешла небольшая часть следователей. Большинство следователей органов госбезопасности отказались переходить в штаты прокуратуры или МВД, предпочли уволиться. Все это отрицательно сказалось на дальнейшем ведении следствия, многие уголовные дела, находившиеся в компетенции и производстве органов безопасности, не были доведены до логического конца или элементарно загублены. Получалось, как всегда в России: ликвидировали в ФСК и вынуждены параллельно создать в прокуратуре или в МВД. В президентском окружении находились советники, которые считали, что следствие в органах госбезопасности не нужно, так как оно осуществляло репрессивные функции во времена культа личности, прославилось в борьбе с диссидентами.

Однако в ноябре 1994 года задачи следствия вновь вернулись в ФСБ с мотивировкой «для повышения эффективности борьбы с преступностью, быстрого и полного раскрытия преступлений». Трудно объяснить, какая государственная целесообразность при создании ФСК требовала ликвидации следствия, чтобы через короткое время снова восстановить.

Я начинал свою профессиональную деятельность следователем в прокуратуре, а следствие там было на порядок выше, чем в КГБ; будучи начальником Дежурной службы КГБ СССР, создавал и отвечал за организацию работы оперативно-следственных групп в составе следователя, двух оперативных работников, специалистов-взрывотехников, прикомандированных к Дежурной службе. Эти группы трудились круглосуточно, выезжая на места происшествий, имели специальные технические оперативно-следственные средства и реальную возможность, вплоть до самолета, в самое короткое время вылететь в любой уголок страны для проведения расследования.