В спецслужбах трех государств

На этом же совещании выступал начальник Крымского управления КГБ В. Видоменко. Он ставил вопросы улучшения координации деятельности различных подразделений органов безопасности, дислоцированных в области. К тому периоду в Крыму были сосредоточены значительные силы органов госбезопасности: 9-е управление (охрана), особые отделы КГБ, находящиеся в союзном подчинении. В действующих приказах отсутствовало четкое регулирование их взаимодействия с территориальными органами КГБ Украины; начальник областного управления КГБ не был осведомлен о деятельности 27 особых отделов военной контрразведки, дислоцированных на территории Крыма. Безусловно, такая несогласованность, отсутствие надлежащей координации и взаимодействия были серьезным упущением со стороны центра и Киева. Видоменко не постеснялся сказать о том, что у руководства органов госбезопасности отсутствует четкость в оценке происходящих политических процессов, задач КГБ в строительстве «демократического государства» на фоне вседозволенности, правового нигилизма Его смелость была оправданной и необходимой для дела.

Чем дольше я наблюдал за повседневной жизнью личного состава, тем больше отмечал творческую активность оперативных работников, которые вносили предложения по улучшению служебной деятельности, все чаще стали высказывать неудовлетворенность стилем руководства в некоторых подразделениях. За время моей работы пришлось расстаться с более чем 60 начальниками разного уровня, которые не соответствовали профессиональным требованиям, угодничали местным партийным лидерам, забыв об этике сотрудника КГБ, срослись с аморальными местными порядками.

Приходилось ужесточать оценки компетентности руководителей, корректировать их способности работать с подчиненными, уважать достоинство своих сотрудников. Мне казался странным существующий порядок, когда при направлении талантливых оперативных сотрудников на руководящие должности в областные органы от них требовали освободить в Киеве квартиры, хотя в них проживали остававшиеся взрослые члены семьи. Кроме того, мне было непонятно недоброжелательное отношение начальства к сотрудникам, которые приобретали садовый участок или легковой автомобиль.

Я встал на партийный учет в первичную организацию инспекции при председателе КГБ Украины, посещал партийные собрания, хорошо знал многих, тогда молодых, пытливых, работающих с особой самоотдачей сотрудников инспекции. С ними под силу было выполнение важных задач в условиях динамичной, стремительно меняющейся общественно-политической, экономической и оперативной обстановки того времени.

Сегодня многим, особенно молодому поколению, трудно себе представить, какую роль в жизни коллектива играли секретари партийных организаций. Особенно умные и энергичные, завоевавшие непререкаемый авторитет своими честными поступками, они деликатно сглаживали противоречия, возникающие порой между конкретными людьми, могли найти доходчивые и убедительные слова для настроя на серьезное задание, помогали в разрешении семейных и общественных проблем, настаивали на поощрении достойных, умели остановить вспыльчивых и пристыдить нерадивых. Именно потому я придавал большое значение работе парткома КГБ и первичных партийных организаций. Освобожденным секретарем парткома КГБ в Киеве был заслуженный разведчик

Повжик. Он работал в резидентурах КГБ в капиталистических странах с жестким полицейским режимом в отношении советских дипломатов. В ноябре 1991 года ему было присвоено генеральское звание. К большому сожалению, он получил повышенные дозы радиационного облучения за рубежом от установленных спецслужбами подслушивающих устройств и рано ушел из жизни.

Уважение к Юрию Черникову, следующему секретарю парткома, было всеобщим. Вскоре его выдвинули на должность начальника Черниговского управления КГБ. На этой беспокойной работе он проявил свои волевые качества и в бурные дни, когда проходила смена руководителей области, показал умение разговаривать с митингующей толпой и успокаивать ее.

Самой высокой похвалы заслуживает разносторонняя деятельность последнего секретаря парткома КГБ Украинской ССР Юрия Семушева.

Заслуженный авторитет Повжика, Черникова и Семушева, их конкретные дела помогли в становлении новых подходов в работе Комитета, улучшении отношений между членами нашего коллектива, а также доброму настрою на решение повседневных задач и, как следствие этого, воспитанию молодых и перспективных сотрудников.

Впрочем, на положительный климат в чекистском коллективе влияли не только добрые наставления, но и такая мера наказания нарушителей служебной дисциплины, как партийное взыскание. Выговор, вынесенный на партийном собрании, имел немалое воспитательное значение. Однажды я встретил своего сотрудника, находившегося в мрачном состоянии. Спросив его, почему он такой хмурый, получил ответ:

— Я схлопотал выговор по партийной линии.

— Конечно, это грустное событие. А за какой проступок?

— За физкультуру…

— Отлыниваешь от сдачи нормативов по физической подготовке?