Варварские нашествия на Западную Европу. Вторая волна

В период правления Юстина I византийцы впервые вступили в прямой контакт со славянами в нижнем течении Дуная. И с этих пор им постоянно приходилось сталкиваться со славянской проблемой; однако им была известна лишь одна ее сторона — обращенная к югу. Латиняне, которые с конца VI в. встречались со славянами на п-ове Истрия, а затем, в VII в., — в Тюрингии, были озабочены этим гораздо меньше. Основные этапы этого движения разворачивались за пределами досягаемости тех источников, из которых они черпали свои сведения, в регионах, доселе не имевших истории. Поэтому вплоть до того момента, когда в конце IX в. христианские миссионеры, а также еврейские и арабские купцы, начали пересекать славянские владения из конца в конец, общая картина для нас недоступна. Итак, нам неизвестно очень многое. Например, изучение социального положения славянской массы только-только начинается. Базовой единицей являлось племя, но многие из них имеют названия чисто географического происхождения. Северяне Центральной Руси — это просто «люди с Севера», поляне из окрестностей Киева — «люди равнины». Другие же несут имена, которые встречаются по всему славянскому миру. Словене есть и на Руси, в окрестностях Новгорода Великого, и в восточных Альпах; хорваты встречаются в Галиции, Силезии, Богемии и Иллирии; сербы — на Балканах и на р. Шпрее. Все это вовсе не указывает на существование древних и достаточно упорядоченных общностей; по-видимому, среди славян частыми были расколы и перегруппировки. Выявить наличие настоящей наследственной знати мы не можем. Во главе некоторых из этих племен — но не всех, до этого пока далеко — стояли князья, чья власть, впрочем, была весьма неустойчивой. Старославянское название такого правителя, knyaz, князь (если взять его русскую форму), отдаленно родственное германскому kuningaz, «король», подразумевает, скорее, старшинство внутри расширенной семьи, нежели подлинную королевскую власть (Впоследствии многие диалекты почерпнули понятие королевской власти у Каролингского Запада. Известно, что имя самого Карла Великого стало нарицательным для обозначения правителя «на франкский лад» (напр, по- польски — krol). Иноплеменные искатели приключений не раз с успехом навязывали себя в качестве военачальников славянам на первых порах их политического развития. Однако некоторые народы, например, сербы в Лужице, или нарентане в Южной Далмации, довольно долго сохраняли «республиканский», или, точнее, олигархический, строй.

Религиозные верования не были ориентированы на поддержку политических структур. До IX в. все славяне были язычниками, но об их вере очень мало известно. Только в достаточно поздний период и в очень ограниченных регионах, где имело место соприкосновение с иноплеменниками, тюрками, или, преимущественно, скандинавами, можно заметить у некоторых из них хорошо структурированное язычество, обладающее пантеоном, представленным деревянными идолами: в X в. вокруг варяжских князей Киева, и особенно в XI и XII вв. у вендов Мекленбурга и Померании. Большинство авторов полагает, что для масс эти рафинированные формы язычества оставались чуждыми. Для южных славян сведения о развитых формах религиозности полностью отсутствуют.

Расселение славян нельзя объяснить одной потребностью в жизненном пространстве, ведь после ухода восточных германцев в Средиземноморье оно было направлено исключительно на запад. В качестве необходимой гипотезы предстает непомерный демографический взрыв. Он, так сказать, заступил бы на смену аналогичному росту населения, которое, как считают, произошло в II–V вв. чуть западнее, в германском мире. Однако нет смысла и говорить, что у нас нет никакого объяснения для этой волны повышения рождаемости, или падения смертности, катящейся с запада на восток. Тайна остается непроницаемой, тем более что политические объяснения, за которыми нам обычно так удобно прятать свое незнание, здесь не имеют силы: в эпоху великого переселения у славян не существовало государства, и ни о каком, собственно говоря, завоевании речь не шла. Там же, где оно имело место, как, например, на Балканах, оно являлось лишь побочным результатом движения, которое прежде всего имело в виду захват пахотных земель и пастбищ для скота.

Приход славян в Центральную и Восточную Европу