Варвары и Рим. Крушение империи

Крепость Диспаргум, несомненно, существовала в действительности. Можно утверждать, что она находилась к северу от великого леса, Сильва Карбонария, который ограничивал территорию франков на юге. Но как насчет самого Хлодиона? Является ли он исторической личностью или вымышленным персонажем? Если бы у нас не было других свидетельств, кроме этой записи Григория Турского, были бы все основания сомневаться в его реальности. Но по счастливой случайности мы располагаем еще одним свидетельством, которое полностью убеждает нас в том, что Хлодион был реальным королем франков. Более того, в этом свидетельстве есть дата. Речь идет о поэме Сидония Аполлинария (ок. 430 — ок. 483; позднеримский писатель. С 472 г. епископ в Клермоне (Галлия). — Ред.). Поэт описывает эпизод в деяниях своего современника — великого римского полководца Аэция. Сидоний Аполлинарий рассказывает, как Хлодион со своими людьми вторглись на равнины Артуа.

Франки расположились лагерем возле места, называемого Викус Хелена (Vicus Helena), и воины, считая себя в полной безопасности, стали праздновать свадьбу одного из своих товарищей. Веселье было в самом разгаре, когда на дороге, ведущей в долину, неожиданно появился Аэций с римлянами. Франки были застигнуты врасплох и обращены в бегство, а жених с невестой попали в руки римлян. Этот текст убеждает нас, во-первых, в реальности короля франков по имени Хлодион, во-вторых, в исторической достоверности франкского предания о том, что Хлодион пытался расширить свои владения в направлении Артуа. В-третьих, он дает нам дату правления короля Хлодиона, поскольку описанный Сидонием инцидент имел место в 431 году или около того. Но как поучительно существование этого свидетельства! Сидоний не был историком и лишь по счастливой случайности решил поведать эту историю. Если бы не она, существование Хлодиона осталось бы под сомнением. Это наука нам: предания можно критиковать, но не отбрасывать, как не имеющие исторического значения.

В рассматриваемом случае Сидоний также дает нам основания критически отнестись к записи франкского предания. В рассказе Григория Хлодион сначала захватывает Камбре — это означает, что он прошел через Карбонарийский лес, а затем принялся покорять земли до самой Соммы. Все эти достижения понимаются как одна большая успешная экспедиция. То, что такая концепция не является исторической, доказывается рассказом Сидония, из которого мы узнаем, что талантливый римский полководец вышел в поле против франков и отбросил их. Мы не можем не сделать вывод, что завоевания Хлодиона, если он в конце концов добрался до Соммы, были постепенными, и не было никакого одного славного наступления. Впрочем, факт, что фольклор объединил в одно грандиозное предприятие то, что делалось на протяжении многих лет, является вполне естественным.