Вас любит Президент

Мужик посмотрел злобно на Ладлоу, а затем оглядел окрестности. Ладлоу это не понравилось.

– Отвали, – сказал мужик.

Ладлоу глянул на девочку. Она снова на него таращилась, и боялась таращиться. Прячет глаза, а потом снова смотрит. Что-то у нее было такое в глазах – умоляющее?

– Это твоя дочь? – спросил Ладлоу.

– Я сказал – отвали, – рыкнул мужик.

Его сотовый телефон вдруг заиграл бравурный марш из второго акта «Аиды». Мужик вытащил телефон и распрямился.

– Да? – Пауза. – Да, я опаздываю. Понимаю. Задержался у них с переговорами, а теперь вот еще и в колесе дыра. Меняю колесо. Буду примерно через час. Ага, пока.

Ладлоу не было до всего этого никакого дела, и он не хотел ни во что впутываться. Если бы мужик просто и вежливо ему отказал, Ладлоу пошел бы себе дальше в Маггиз Нипплз. Контакты в пути опасны, нельзя оставлять по дороге следы. Но что-то было в этой девочке в машине, что вдруг заставило Ладлоу подумать – а чего этот говнюк мне хамит, собственно? И пистолет этот, засунутый за ремень. Прикрыт курткой от посторонних взглядов … но это еще не повод хамить…

Мужик нагнулся, чтобы поднять разводной ключ – возможно с целью пугнуть им Ладлоу. Воспользовавшись моментом, Ладлоу ударил мужика ногой в лицо. Пистолет он вытащил из-за пояса мужика до того, как тот успел осесть на землю. Осмотрев пистолет, Ладлоу пожал плечами и загнал патрон в ствол.

– Слушай, – сказал он, наставив пистолет на окровавленное лицо. – Дай-ка я тебя еще раз спрошу. Ты – ее отец?

– Сэр, – сказала девочка тоненьким голосом. Она опустила стекло и высунулась наружу.

– Да?

– Он похититель.

Такое взрослое слово от такой малявки умилило Ладлоу.

– Он – не твой отец?

– Нет.

– Ты его знаешь?

– Да. Нет. Он схватил меня за руку и посадил в машину.

– Где это все … произошло?

– У школы.

– Когда?

– Сегодня.

– Откуда ты? Где живешь?

– В Тонопе.

– Вы приехали сюда из Тонопы?

– Да.

– Он сказал, куда тебя везет?

– В мороженицу.

– Нет. Вот сейчас – куда он тебя вез?

– Он сказал, что мы едем в парк аттракционов.

Ладлоу присел рядом с павшим похитителем.

– Слушай, сынок, – сказал он. – Скажи мне, куда ты ее вез, а? Может, дольше проживешь, если скажешь.

– Меня убьют, если я тебе скажу…

– Кто? Позволь, ты намеревался ее кому-то передать?

– Да.

– Ага. Извини, если что, я очень неловкий, могу по ошибке на крючок надавить. И у меня свидетель – вон, в машине сидит. Вгоню тебе в башку пулю, случайно, и ничего мне за это не будет. Самозащита. Сколько тебе платят?

Мужик видел, что Ладлоу иронизирует, но не шутит.

– Это одноразовая работа была.

– Сколько?

– Пятнадцать сотен.

– Мало. А куда ее после повезли бы потом? В Бразилию?

– Не знаю, мужик. Эй, ты чего!

Ладлоу еще раз огляделся на всякий случай. Никого кругом на многие мили. Степная плоская местность. Он обошел машину и открыл багажник.

– Я отвезу тебя домой, – сказал он девочке. – Он снова обошел машину. – Забирайся в багажник, – сказал он мужику.

– Эй, – запротестовал мужик.

Он неуверенно поднялся, растирая кровь по лицу тыльной стороной руки. Осторожно вдохнул. Ладлоу улыбнулся, направив пистолет мужику в пах.

– Хорошо, ладно, – сказал мужик и, охая, полез в багажник.

– Если нам нужно будет остановиться, – сказал Ладлоу, – в твоих интересах затаиться и молчать все время. Надеюсь, ты это понимаешь. Побереги голову.

Он захлопнул багажник. Вытащив из рюкзака карту Аризоны, он сел за руль.

– Значит, так, – сказал он девочке. – Тонопа вот где, – он указал точку на карте. – Это где-то часа два езды. Я отвезу тебя туда с одним условием. Если кто-нибудь нас остановит, например полиция, или продавец цветов, ты будешь улыбаться и выглядеть счастливой и довольной. Если будут что-то спрашивать – я твой папа. Я понимаю, что я вовсе не твой папа, но ты все равно скажешь им, что я твой папа, если спросят. Идет?

Она некоторое время молчала, а потом кивнула, открыв широко глаза.

– Адрес свой знаешь?

– Пятьсот семь Уиллоу Драйв.

– Нет ли там неподалеку большой церкви со шпилем? Там, где ты живешь?

– Есть.

– Вот и хорошо.

По дороге в Тонопу они слушали музыку и играли в двадцать вопросов. Ладлоу поведал ей, как помнил, сюжет «Звездного Младенца». Понемногу девочка отошла от испуга, и Ладлоу начал ей нравится. Она не понимала, конечно же, до конца, что он для нее сейчас делает, но что-то все-таки сообразила. Не важно. У Ладлоу к детям была слабость. Инстинкт наверное, подумал он. Все животные защищают молодняк. Ну, хорошо, данный, в машине сидящий, молодняк – не его молодняк, чужой, но все равно ведь беззащитное существо, и ужасно симпатичное. Вон глазищи какие. Каким бессердечным нужно быть, чтобы похитить невинное дитя в зеленом в горошек платье? Только посмотрите на эти русые пряди, блестящие глаза, тоненькие руки и ноги. Вот же зверьё.

– Держи окно открытым, – сказал он. – Не усни, пожалуйста. Ты мне нужна. Ты ведь – главный навигатор здесь, не так ли. Ты – капитан этого космического корабля. Скоро мы приземлимся у твоего дома, и мне нужно, чтобы ты следила за системами и указывала мне, где нужно приземляться. А я просто твой штурман. А ты капитан. Поняла?

– Ага. – Она улыбнулась.