Вас любит Президент

– Да. В общем, я влюбился. Это как несчастный случай. Понимаешь? Поскольку наука доказала, что любви нет. Мы вернулись в Париж, и я решил снять квартиру в любимом районе Золя.

– Сен Жермен.

– Да, представь себе. Некоторое время мы были счастливы. Но однажды ночью она поехала навестить подругу в своем старом районе. Было за полночь, она не возвращалась, я сидел как на иголках. Часа полтора я агонизировал, а потом поехал туда. Видишь ли, Лерой, нас учат психологической непробиваемости, у нас иммунитет, и так далее, но…

– Ну?

– Когда человеку стреляют из обреза в лицо, почти в упор … От головы ничего не остается. Голова сбивается полностью, Лерой. Лежит безголовое тело. Копы там были кругом … Я пошел домой. Пару дней я был как из дерева, а потом начались кошмары. Все время. День, ночь, все время. Ты веришь в Бога, Лерой?

– Да, – сказал Лерой.

– Я тоже. Теперь верю. Это Его месть.

– Нет.

– Что – нет?

– Он не занимается такими глупостями. Месть, надо же.

– Все мстят. Исключений не бывает.

– Забудь, дружок. Просто случилась авария, вот и все. Но ты вдруг задумался. Ну так что же – кошмары? Ты из-за кошмаров сдался?

– Это не была просто авария, Лерой. Это не несчастный случай, вовсе нет.

Лерой ухмыльнулся.

– Нет, – сказал он якобы серьезным тоном. – Это была расплата. Те, которые пытались ее тогда изнасиловать, когда ты ее спасал, храбрый рыцарь – ты ведь их всех тогда убил, не так ли?

Жан-Пьер пожал плечами и закатил глаза, будто хотел сказать – «Ну а то».

– И девушка тоже мертва, – продолжал Лерой. – И все – для чего? Чтобы доказать … Что? Кому? Тебе? Или может ты считаешь, что это тебя таким образом Создатель учил, чтобы в следующий раз трупов было поменьше? Не думаю. Повторяю, местью Он не занимается. Ты здоров?

– Я…

– Ты когда-нибудь серьезно болел?

– Нет.

– А в детстве?

– Э … Да. Пару раз.

– Ясно, – сказал Лерой, прикидывая. – Ну, хорошо. Хочешь я тебя отсюда выведу?

– Э … Зачем?

– Да или нет?

– Нет.

– Ты знаешь, я могу.

– Возможно. Ты хорошо импровизируешь. Я видел. Но мой ответ – нет.

– Ладно. Спасибо, что не выдал меня.

– Не стоит благодарности, – сказал Жан-Пьер. – А, да, и вот что, Лерой – поздравляю … Тот номер, который ты исполнил тогда … с девушкой…

– С какой девушкой?

– Которая жива благодаря твоим доблестным усилиям в подвале и еще кое-где. Которую ты вернул любящему отцу. Не один я рыцарь, стало быть. Я, когда узнал, обалдел. Я тебя очень уважаю, Лерой, хоть ты и сволочь. Поэтому и не скажу им, кто ты на самом деле.

– Нет, – сказал Лерой. – Ты, Жан-Пьер, не скажешь им, кто я, поскольку я могу обидеться и сказать им, кто ты. Кстати – почему именно Жан-Пьер? Как это Джордж стал Жаном-Пером?

– Это первое имя, которое пришло мне тогда в голову. Что на самом деле удивительно – так это твоя бесконечная наглость. Живешь под собственным именем и все тебе до лампочки. Нахал ты тот еще, Лерой.

За дверью, Гвен смотрела, как лицо Равальяка лиловеет все гуще. Он отводил глаза. Охранник выглядел равнодушным. Это была не его проблема.

– Не волнуйтесь, – сказала Гвен капитану, не очень уверенно. – Он всегда такой. Он ничего особенного не имеет в виду.

Капитан сделал вид, что игнорирует ее.

Глава тринадцатая. Рю Луи Бланк

Тем временем начался и закончился дождь, увлажнив и слегка улучшив внешний вид данного пригорода. Равальяк отвез Лероя и Гвен к станции метро.

– Вы на самом деле вовсе не из нью-йоркской полиции, а, мсье? – спросил он со смесью угрюмого уважения и враждебности.

– Бляху вы видели, – небрежно ответил Лерой.

– Да перестаньте вы. Вы больше француз чем я, если, конечно, бретонцев, ваших соотечественников, можно назвать французами. Не говорите, я сам догадаюсь. Общие Сведения [Renseignement Generaux, сокращенно RG – действительно, как говорит впоследствии Лерой, более или менее французский эквивалент ФБР], конечно же. И это у вас называется конспирация? Притворяться американцем? Черт знает что.

– Я действительно когда-то работал на Общие Сведения, – небрежно ответил Лерой. – А сейчас я работаю в нью-йоркском полицейском департаменте. Зарплата примерно та же. А вот с медицинской страховкой и выходными могло быть и лучше, конечно.

– Ой, правда? – насмешливо спросил Равальяк. – А почему вы ушли из Сведений?

– Переспал с любовницей президента. Меня понизили в должности, – сказал Лерой, выходя из машины и галантно придерживая дверь и подавая руку Гвен.

– До свидания, мадмуазель, – ядовито произнес Равальяк.

– Ага, да, – откликнулась она.

В метро Гвен спросила,

– Объяснения будут?

– Нет.

– Нет?

Они сидели друг напротив друга, близко. Отведя глаза на какой-то момент, Лерой сунул руку в карман. Письмо? Фотография? Сертификат? Нет, сувенирный брелок с Эйфелевой Башней.

– На сегодня с меня хватит объяснений, – сказал он. – Мне нужно держать себя в руках. Мы на враждебной территории.

– Что это такое – Общие Сведения?

– Французский эквивалент ФБР, более или менее.

– Вы на них работали?

– Если работал, как вы думаете, отвечу я или нет?

Теперь была ее очередь отводить взгляд. Она помолчала.

– Вы когда-нибудь улыбаетесь? – спросила она.