Вас любит Президент

Джордж вернулся – я снова в своих грезах, хотя в какой-то момент я чувствовала, будто меня поднимают с какого-то кафельного пола, несут и опускают на постель, но, возможно, я смешиваю две разные вещи, поскольку как только я, услышав голос Джорджа, разбаррикадировала дверь и он вошел, я едва прошла три шага до кровати и тут же на нее упала – забыв об этикете, забыв о приличиях. Я была совершенно не сонная, в голове было ясно, но тело мое служить мне отказывалось, вот я и легла. Внезапно, ни с того ни с сего, я почувствовала себя очень одинокой – как никогда. Хотелось плакать. Может, я поскулила слегка. Я посмотрела на Джорджа, а он на меня, и я попросила его меня обнять. Он сел на постель, наклонился, и обнял.

Может, если бы он был француз, он не посмел бы меня обнять, но американцы – они другие. В Америке столько же классовых различий, сколько в любой другой стране, конечно же, но каждого американца с детства приучили думать, что различий нет. Поскольку значительной миграции из класса в класс не бывает, нет свидетельств, указывающих на различия, а потому члены каждого класса думают, что стандарты и привычки их окружения универсальны, везде действуют, во всех классах и во всех странах. Джордж, будучи из купеческого класса, среагировал так, как все купцы реагируют, когда женщины просят их обнять. Несмотря на то, что он прекрасно знал о моем происхождении, ему даже не пришло в голову, что у нас могут быть разные представления об этикете.

Я была не в том состоянии, чтобы думать об этикетах.

Он не стал раздевать меня полностью. Ни он, ни я не пожелали прервать объятия. Мы просто расстегнули и отодвинули достаточно одежды, чтобы сделать возможным прикосновение кожей друг к другу. Лежа на спине, я скинула туфли. Джордж прижимал меня к постели своим телом, и запах его кожи, и прикосновение его грубоватой щеки к моей были такого жизнеутверждающего толка, что неожиданно я зарыдала. Он спросил меня, что не так, но я только мотала головой и умоляла его не обращать внимания на слезы, и это его так страшно возбудило, что я не была уверена, что выйду из этого соития живой, и мне было почти все равно. Он вошел в меня мгновенно, и замедлился, и сразу стал очень нежный. Когда я открыла в следующий раз глаза, я увидела его, все еще поверх меня, все еще во мне, но внешний вид его изменился. И комната изменилась. И столетие. Самое странное – запах его кожи остался тем же. Он почувствовал мою неуверенность и приостановился, и запустил руку в мои волосы. Может у него тоже появились какие-то сомнения. Чтобы его обнадежить, я плотно обвила его торс ногами. Он схватил меня за пряди волос, не очень сильно, и было не очень больно, но я не могла повернуть голову, и в этот момент у меня случился оргазм. Не помню, чтобы когда-либо до этого я так кричала. Наверное, я разбудила весь район. Я продолжала кричать, следующий оргазм наплывал на предыдущий. Когда я наконец слегка утихомирилась, я поняла, что Детектив Лерой только что оставил во мне семя. Я приложила ладонь к его щеке. Моя рука и его профиль очень красиво смотрелись вместе.

Задавать мужчине вопросы – искусство. Мужчины легко раздражаются и обижаются, а иногда становятся подозрительными. Инстинктивно они знают, что вопросы им задают не для того, чтобы получить ответы (большинство женщин ответы и так знает), но чтобы заставить их сказать что-то, чего они добровольно говорить не желают. Как опытный психолог, вы должны быть осторожны. Каждый раз, задавая вопрос, вы должны быть уверены, что выглядите и звучите совершенно невинно, будто ничего особенного не имеете в виду. Знаете, о чем я. Глаза ваши должны говорить – «Это не каверзный вопрос, если ты думаешь, что вопрос каверзный, ты не думай – вопрос самый обыкновенный». Нужно также следить за употреблением слов, и проделать предварительную работу, заставив его думать в определенном направлении. Мужчины – существа простые, и слово «простой» звучит для них музыкой. Нужно произносить слово «простой» как можно чаще. Помимо этого, в глубине души каждый мужчина, который чего-то стоит, уверен, что все женщины дуры. В этом мнении мужчину следует периодически поддерживать, обнадеживая. Часто слышишь, как мужчины говорят о той или иной женщине, что она очень умная, но они говорят тоже самое о некоторых породах собак. Самое лучшее поэтому – создавать впечатление, что вы слегка растерянны. И произносить слово «простой» или «просто».

Он лежит на спине, и я лежу на спине, рядом, и я уставилась в потолок, и я говорю – «Можно задать тебе простой вопрос?»

Он моментально говорит – «Конечно».

Я говорю – «Зачем ты все это делаешь?»

«Что именно?»

«Все это. Расследование, охраняешь меня, все это».

«Это моя работа».

«Глупости».

Он думает, а потом говорит – «Я просто искал случая, чтоб заняться с тобою сексом».

То есть, он пытается меня сбить с толку. Что ж. Я угождаю ему, делая вид, что трюк сработал. Я говорю – «Ну вот, мы только что занимались сексом. А теперь что нам делать и куда идти?»

Он говорит – «На твое усмотрение. Хорошо бы пойти прямо к алтарю».